Шрифт:
– Нету! – осторожно, точно настоящий разведчик, спускаясь к друзьям, прошептал Витя, вернувшись. – Я всю палатку излазил, во все сумки и рюкзаки заглянул.
– Эх, значит, портки на нем, под легинами надеты, – сокрушенно вздохнула Арина. – Тогда плохо дело – не ловить же его и не раздевать…
– Операция отменяется? – сморщил лоб шаман Антон.
– А что делать?
Но судьба словно хотела увидеть голубые подштанники над лесным лагерем.
И вот индейская мафия, залегшая на своем наблюдательном пункте, услышала, когда в лагере закончилась зарядка:
– А пойдемте сегодня купаться? – подскочил к Благородному Волку шустрый мальчишка лет тринадцати. – Давайте устроим пробежку не в глубь леса, как обычно, а до ручья! Мы вчера с Сашком… то есть с Белым Карасем, на ручье в овраге такое место нашли! Широкое, метра четыре точно, и, наверно, глубокое! Купаться не купаться, а окунуться точно можно!
– Утром вода всегда теплая! – подхватили сразу несколько юных индейцев. Ведь купаться – это здорово, это разнообразие.
Слушавший все это Витя Рындин усмехнулся: вода в ручье никогда не была теплой – в него впадали холодные лесные родники. В одном из таких он воду набирал – лед, а не вода. Она пробивалась из земных глубин и никогда не прогревалась. Но для настоящего индейца, конечно, такая водичка – самое оно…
Молодые индейцы загалдели, обступили своего предводителя – надоели всем, видно, обычные пробежки по лесу со сбиванием росы с кустов и веток, из-за чего вся одежда оказывалась мокрая. Суши ее потом, развешивай или в сыром ходи, мучайся. Нет, мерзнуть – так уж на всю катушку. Видимо, так решили ребята, а потому рьяно просили руководителя идти купаться.
Благородный Волк мялся, невнятно отнекивался, не приводя убедительных аргументов, а почему купаться, собственно, нельзя. Что же это он, получается, менее крутой индеец, чем его маленькие воины?
– Собирайтесь! – решился наконец он. – Одна минута на все!
Вихрем всех смело с площадки. Ребята ломанулись по палаткам искать купальные принадлежности.
И не видели, как заметался их вождь.
– Чего это он? – спросил Федя.
– Сейчас узнаем, – ответила Арина.
Благородный Волк забежал за куст – теперь уже за другой, не за тот, под которым залегла мафия, и стащил с себя разукрашенные штаны и драгоценные свои кальсоны, в которых, видно, спал, опасаясь ночной прохлады. Затем вновь натянул на плавки героического цвета и покроя свои боевые штаны-легины, скатал в колбаску голубые подштанники, обвязал снятым с шеи платком, подскочил к своей палатке… И только засунул под нее свой стыдливый сверток, как След Лося и еще один парнишка, жившие вместе с ним, из этой палатки и выскочили. Да и все остальные Молодые Волки уже были готовы.
– Ну, вперед! – скомандовал Благородный Волк – воспитатель подрастающего поколения.
И вся компания сорвалась с места.
– Отныне он точно не Благородный Волк, а Великие Подштанники! Правильно мы ему эту кличку припечатали, – сказала Арина Феде и Антону, когда Витя, снова отправившийся в самое логово врага, просигналил им от палатки свертком с кальсонами героя. – Ну, а теперь к шесту, флаг снимать!
Глава V Голубой позор с начесом
Операция была проведена с блеском.
По лагерю уже вовсю сновали туда-сюда индейцы, на маленьком специальном костре готовилась вкусно пахнущая мясная каша, вокруг котла с которой моталась целая куча русско-индейских женщин, а Витя и Федя, дерзко прокравшись к шесту с флагом, размотали голубые подштанники. Двое взрослых индейцев прошли всего в полуметре от них. Братья по мафии прилипли к земле и затаили дыхание. Индейцы не предполагали, что возле их священного места могут быть враги, а потому смотрели совсем в другую сторону. Как только они ушли, Федя и Витя вскочили на ноги. Оказалось, что снять флаг не так-то просто: он был прикреплен к самой вершине шеста насмерть. И не было никакой веревочки, чтобы стянуть его вниз и заменить.
– Надо лезть, – решил Витя. – Подсади-ка меня.
На помощь им из-за ближайшей палатки выскочила Арина.
– Сломается! – ахнула она, глядя на тонкий высокий шест.
– Не должен, – коротко сказал Витя. – Хорошее дерево, прочное. Залезу, я умею…
Дерево, из которого был сделан шест, выглядело ровным: толщина этого шеста была вроде бы одинаковая что вверху, что внизу.
Федя и Арина сложили руки крестом и постарались поднять Витю как можно выше. Вот он сильно оттолкнулся от их рук и полез вверх. Голубые подштанники висели у него на спине, раскачивались в такт движениям бесстрашного мальчишки.
…Но тут шест накренился. Неужели треснет? До верха остается все меньше и меньше… Что будет, когда Витя доберется до самой вершины? Треснет шест, нет?..
Арина отвернулась, чтобы не повредить Вите даже взглядом. В лагере было тихо и на площадке для торжественных собраний никого…
Вдруг Витя упадет? Вот ведь она затейница! Кальсоны, видите ли, на шест! «Дерзкая вылазка мафии…»
Нет, все будет хорошо. Если сомневаться, то вообще ничего делать не надо. Витя мощный, с его силой и ловкостью еще и не такое проделывать можно. Так подумала Арина и вновь посмотрела на Витю. А тот уже засунул звездно-полосатый флаг себе за пазуху и прилаживал к шесту злосчастные кальсоны с начесом.