— За кого ты нас принимаешь? — обиделся Бен. — Мы вскрыли только одну полость, да и то, уверяю тебя, совершенно случайно.

Нила смерила Бена неодобрительным взглядом.

— Ни за что не угадаешь, что мы нашли внутри, — продолжал он, зная, что вскоре она все ему простит. — Слиток золота! Представляешь? Пойти на колоссальные расходы, преодолеть не знаю сколько трудностей — и все ради того, чтобы сохранить кучку золота? С таким же успехом могли бы и мусорную свалку тут устроить!

Нила покачала головой:

— Бен, как по-твоему, давно ли золото перестали использовать в качестве денег?

— Не знаю, в истории я не силен… Лет пятьсот назад?

— Ты прав. В истории ты не силен, — усмехнулась Нила. — Меньше двухсот пятидесяти лет назад! Рискну предположить, что обитатель криокапсулы покоится здесь примерно столько, а то и дольше!

— Долгий срок для отключки, — заметил Бен.

— Вы врача вызвали?

— Первым же делом. Ни доктор, ни его цифродруг так и не поняли, что делать с нашей находкой. В общем, док полетел назад, к себе в лабораторию. Пытается придумать, как наладить безопасную нейросвязь.

— И потому ты решил вызвать меня?

— М-м-м… в общем, да. И потом, с тобой мы хорошо знакомы, а в университете я не знаю никого. Конечно, если бы ты отказалась, я бы позвонил ученым… Короче, вот вопрос на миллиард кредитов: можно его перемещать или нет?

Прежде чем Нила успела ответить, голос подала Рита, стоящая почти у самого входа в пещеру:

— Босс, я почти уверена, что можно!

— Откуда ты знаешь? — ответил Бен, глядя на Риту. — Тайком от меня стала профессором в неизвестной мне области науки?

Рита смело выдержала взгляд Бена, а потом, улыбаясь, ткнула пальцем в крышку саркофага со своей стороны:

— Да тут не нужно быть профессором, умник! Достаточно уметь читать!

Все подошли к Рите и прочитали:

«ДАННЫЙ АГРЕГАТ МОЖНО ПЕРЕМЕЩАТЬ, НЕ ПРИЧИНЯЯ ВРЕДА ЧЕЛОВЕКУ, КОТОРЫЙ НАХОДИТСЯ ВНУТРИ. ОЗНАКОМЬТЕСЬ С ИНСТРУКЦИЕЙ».

Все расхохотались. Надпись была простой до нелепости. Бен порозовел. Общее напряжение немного отпустило, пока Рита не нашла надпись, всем казалось, будто в пещере обитают привидения.

Один из спасателей, бородатый коротышка со светящейся татуировкой на носу, заметил:

— Это точно автономная капсула для криозаморозки.

— Знаю, я тоже грамотная, — ответила Нила. — Но такой криокапсулы я еще ни разу не видела! Она ни на что не похожа!

— Точно, не похожа, — ответил спасатель. — Думаю, такого еще никто не видел. И все же это криокапсула, и я готов поставить свои дивиденды, что внутри находится человек и ждет, когда его оживят. Не могу сказать, в какой он форме, но он точно там!

— Ладно, — вмешался Бен, — будем надеяться, что его страховая компания пережила эпоху Большого Краха и у него есть полис!

— Почему? — осведомился спасатель со светящейся татуировкой.

— Воскрешение и извлечение — операции недешевые, если его страховка не покроет расходы, в конце следующего квартала он не досчитается большого пая!

— Вряд ли, — осторожно заметила Нила, стараясь унять волнение.

— Почему? — не понял Бен. — Квартальные отчеты о дивидендах получают все, а он чем хуже?

— Бен, пораскинь мозгами. Если верить надписи и там внутри находится жизнеспособный человек, и если мы, конечно, хорошо сделаем свое дело, то он… будет самым старым воскресантом в Солнечной системе!

— Ну и что? — спросил Бен.

— А то, — ответила Нила, — что никакого квартального отчета он не получит…

— …потому что он не инкорпорирован! — закончила за Нилу Рита.

Все потрясенно молчали. Атмосфера «пещеры с привидениями» вернулась.

Фердинанд достиг положения, когда, фигурально выражаясь, «пыль начинала оседать». Он не собирался основывать собственную корпорацию — как и рано выходить на пенсию. Его портфель был бы значительно толще, если бы не жена, которая клевала на всевозможные дорогие пустяки. Но Фердинанд не возражал: он радовался ее счастью. Проработав семьдесят пять лет на одном месте, он добился одного: научился производить фоновые подсчеты лучше компьютера. Как там гласит пословица? Компьютер собирает данные, а человек по этим данным воссоздает цельную картину.