На самой Кэт имелось мало одежды. Очень, даже по меркам демонов.

Длинные, чертовски аппетитные ножки, обтягивали черные чулки в мелкую сетку. На бедрах едва держался шелковый лоскут, удерживаемый тонюсенькими веревочками.

«Это она называла бельем? Хм…»

А верхнюю часть туловища прикрывало некое подобие атласной блузы черного цвета, не достающее нижним краем до белья. У «платья» имелся довольно глубокий вырез, скошенный на одно плечо.

Ходячий секс, чтоб ее.

Это-то при том, что она была обычным демоном.

И иногда, Ник воздавал хвалу Аду, что ее не создали суккубом. Потому как, не всякая суккуб производила на окружающих такой же эффект бомбы, взрывающей разум и вытягивающей наружу самые темные инстинкты.

– Ты зашла на нашу территорию, Кэт, - рокочущим голосом произнес Ник, сопровождая каждое слово гулкими, предупреждающими ударами хвоста. Он проигнорировал искушающую улыбку ее пухлых губок. – Зачем явилась?

– Мне скучно, - ничуть не растерявшись, чуть лениво протянула Катерина, пожимая плечами. Отчего мужчинам, расположившимся рядом, почти удалось разглядеть ее соски.

Почти…

Общий вздох подсказал Нику, что недосказанность только подхлестнула возбуждение людишек.

– Сочувствую, - он упер основание кия в пол и оперся на стол, показывая, насколько она его утомляет. – Но за каким чертом ты к нам примчалась?

– Что ж, - Кэт остановилась в четырех шагах от него и обвела глазами зал. «Максимально безопасное для обоих расстояние», мимоходом отметил он. – Думаю, что смогу у вас развлечься, - подойдя к противоположному углу стола, Катерина многообещающе улыбнулась ему и, спокойно взяв с подноса бутылку, жадно глотнула ледяной водки.

Несколько капель скользнули по ее губам и, сорвавшись с подбородка, упали на грудь, стекая за вырез. Приковав взгляды всех к этой части тела девушки.

Ник зарычал.

– Это была мояводка!

Кэт наигранно притупила взор, посмотрев на него через ресницы и… - одним глотком допила все, что еще оставалось.

– Разве ты не поделился бы с девушкой? – все тем же грудным голос спросила она на вдохе, так, что ее грудь выпятилась под тонкой тканью еще больше.

Стекло звякнуло, покатившись по полу, когда она отбросила пустую тару за спину.

– С тобойя делиться не собирался! – наплевав на такт и вежливость (чего уж тут между своими, демонами, притворяться?), рыкнул Николаос, прислушиваясь к нервным и раздраженным ударам хвоста Дэма за спиной, что вторили его собственному ощущению.

Но Ник был сильнее. И он умел сдерживаться.

Кажется.

Все. Хватит. Его терпение на пределе!

– Не думаю, что в моембаре найдется что-то интересное для тебя, - глухо пророкотал он, обнажая зубы в предупреждающем оскале. – Убирайся!

– Почему? – сделав вид, что не расслышала последнего требования, Кэт вновь осмотрелась. Ее глаза, которые она любила делать зелеными, заинтересованно остановились на чем-то за его спиной. – Вот он - мне интересен, - с самой соблазнительной своей усмешкой, она поманила кого-то пальцем.

Мимо Ника поплелся их сегодняшний пацан, неплохо забивающий шары. Даже сомнения не возникало, что тот не мог сопротивляться притяжению и сексуальному желанию Катерины, которое просто разливалось вокруг, дурманя всех.

У него потемнело в глазах.

Николаос протянул руку, тяжело роняя ту на плечо парня.

Его ногти в мгновения ока удлинились, впиваясь в плоть человека.

И, дернув того на себя, Ник вонзил когти второй руки под ключицу, резким движением разведя кисти, вспоров парню грудную клетку.

Ребра ломались с противным хрустом.

Тело просто лопнуло, разорвавшись на две половины.

Пацан еще успел захрипеть, когда его трахея треснула, отрываясь от вскрытых и представленных на всеобщий обзор бронхов и легких. Кровь разлетелась, покрыв пол, его кожу, лицо Кэт и все вокруг брызгами.

Николаос разжал руки, роняя на пол то, что миг назад являло собой нечто одухотворенное и двигающееся.

– Прости, его только что изъяли из нашего прайс-листа, - пожав плечами, Ник провел по своему лицу, собирая капли крови, и небрежно стряхнул те на пол, в общую лужу.

Киту придется попотеть, прибираясь здесь.

Катерина с интересом наблюдала за тем, что он сделал. А потом и сама провела пальцами по лицу, только вместо того, чтобы отряхнуть их, поднесла к губам и медленно облизала все алые капли.