Да, это были не те слова, которые хотелось бы повторить даже в уме.

Последовало неловкое молчание, затем Грейс прочистила горло.

— Он сказал, что будет здесь сегодня вечером.

— Вот как? — произнесла Амелия, устремив взгляд на Грейс.

Та кивнула.

— Я видела его за обедом. Точнее, он заглянул туда, но не стал обедать с нами. Думаю, он поссорился со своей бабушкой, — добавила она. — У них это часто бывает.

Уголки губ Амелии напряглись не от возмущения и даже не от раздражения. Пожалуй, это была скорее покорность судьбе, чем что-либо другое.

— Полагаю, вдовствующая герцогиня надоедала ему разговорами обо мне, — заметила она.

Грейс замялась на мгновение, но в конце концов признала:

— Вообще-то да.

Чего и следовало ожидать. Ни для кого не было секретом, что вдовствующая герцогиня ждет этой свадьбы даже с большим нетерпением, чем мать Амелии. Все также знали, что герцог не выносит брюзжания своей бабушки, так что Амелия ничуть не удивилась, что он согласился посетить ассамблею просто для того, чтобы она оставила его в покое.

А поскольку было хорошо известно, что герцог серьезно относится к своим обещаниям, Амелия не сомневалась, что он появится в зале. И это означало, что остаток вечера пойдет по хорошо проторенной дорожке.

При появлении герцога все уставятся вначале на него, потом на нее. Затем он приблизится к ней и после нескольких минут неловкого разговора пригласит танцевать. А когда танец закончится, он поцелует ей руку и удалится.

Надо полагать, он отправится искать знаки внимания женщин совсем другого сорта, из тех, на ком не женятся.

Это была не та тема, над которой Амелии полагалось размышлять. Впрочем, это соображение ее никогда не останавливало. В самом деле, можно ли ожидать верности от мужчины до свадьбы? Они с сестрой не раз обсуждали этот вопрос и каждый раз получали один и тот же удручающий ответ.

Особенно если дело касалось джентльмена, обрученного в детстве. Несправедливо ожидать, что он откажется от всех развлечений, в которых участвуют его приятели, только потому, что его отец подписал брачный контракт пару десятилетий назад.

Семейству Уиллоуби надо было заставить Уиндема назначить дату свадьбы.

— По тебе не скажешь, что ты в восторге от того, что увидишься с ним, — заметила Элизабет.

Амелия вздохнула.

— Честно говоря, я чувствую себя гораздо лучше, когда его нет.

— О, он не так уж плох, — заверила ее Грейс. — Вообще-то он довольно мил, если узнать его поближе.

— Мил? — повторила Амелия с явным сомнением. Ей приходилось видеть, как он улыбается, но не чаше пары раз за весь разговор.

— Ну, — пошла на попятную Грейс, — возможно, это слишком сильно сказано. Но уверяю тебя, Амелия, из герцога получится прекрасный муж. Он может быть очень забавным, когда пожелает.

Амелия и Элизабет уставились друг на друга с таким недоверчивым видом, что Грейс рассмеялась и добавила:

— Честное слово. Клянусь! У него дьявольское чувство юмора.

Грейс хотела как лучше, но почему-то ее слова не принесли Амелии успокоения. Не то чтобы она ревновала герцога. Определенно она не была влюблена в него. С какой стати? Они редко обменивались более чем парой слов. И все же было довольно неприятно сознавать, что Грейс Эверсли так хорошо знает ее жениха.

К тому же Амелия не могла поделиться этим с сестрой, которой привыкла поверять все свои мысли. Элизабет с Грейс были близкими подругами с первой встречи в шестилетнем возрасте. Элизабет сказала бы, что Амелия ведет себя глупо, или одарила бы ее одним из своих ужасных взглядов, которые вместо сочувствующих получались жалостливыми.

В последнее время Амелия постоянно ловила на себе подобные взгляды, стоило кому-нибудь завести разговор о браке. Имей она склонность заключать пари, она бы побилась об заклад, что удостоилась жалостливых взглядов по крайней мере от половины юных дам и от каждой из их матерей.

— Мы должны позаботиться о том, чтобы Амелия и Уиндем этой осенью лучше узнали друг друга, — объявила вдруг Грейс, решительно блеснув глазами.

— Грейс, пожалуйста, только не это, — возразила Амелия, залившись румянцем. Боже, как унизительно быть предметом чьей-то заботы.

— Тебе все равно придется узнать его, — заметила Элизабет.

— Не обязательно, — кисло отозвалась Амелия. — Сколько комнат в замке Белгрейв? Пара сотен?

— Семьдесят три, — сообщила Грейс.

— Я смогу блуждать там неделями, не пересекаясь с ним, — заявила Амелия. — Если не годами.