Однако больше всего мое внимание привлекла, конечно же, возвышающаяся над всем этим пейзажем огромная ступенчатая пирамида, частично покрытая лианами и прочими вьющимися растениями. Она была как минимум в два раза выше любой из других имеющихся здесь построек, а потому невольно бросалась в глаза своей величественностью и мощью. Она, без всякого сомнения, являлась самым грандиозным сооружением этого города, и, глядя на нее, нетрудно было предположить, что она является и его архитектурным центром. Возле нее заканчивались и начинались все дороги, и со стороны казалось, что все остальные постройки этого циклопического города являются всего лишь дополнением к ней.

И тут, задумчиво глазея на этот фантастический пейзаж, я услышал позади себя приближающиеся шаркающие шаги, которые затем затихли буквально за моей спиной.

— О Господи! — донесся до меня голос профессора.

Пару минут спустя — пока туземец продолжал совершать свой ритуал поклонения солнцу — мы уже втроем стали смотреть на простирающийся перед нами удивительный пейзаж. Профессор и Касси, придя в себя после охватившего их поначалу шока, показывали рукой то на одно, то на другое сооружение, делясь своими соображениями по поводу того, каково его предназначение и к какому архитектурному стилю его можно отнести: вон та башня, дескать, похожа на башни, которые построили майя на полуострове Юкатан; вон те трехступенчатые пирамиды напоминают вавилонские зиккураты [39] ; а вон те обелиски — почти точь-в-точь такие же, как в древнем Египте…

Мне невольно подумалось, что если я не вмешаюсь, то двое из моих товарищей будут и дальше разглагольствовать друг с другом на архитектурные темы, а третий — петь хвалебные песни утреннему солнцу, в то время как уже давно пора завтракать.

— Я хочу есть, — громко сказал я.

Однако никто не обратил на меня ни малейшего внимания.

Я шумно вздохнул, но и это не возымело желательного для меня эффекта.

Я этим своим вздохом добился лишь того, что Кассандра, взяв меня за руку и показав пальцем в том направлении, откуда мы сюда пришли, воскликнула:

— Это была стена!

— Что?

— Стена, Улисс, — повторила мексиканка. — То, через что мы продирались вчера в этот город, представляет собой не что иное, как проход в крепостной стене, скрытый растительностью. Посмотри повнимательнее.

Я с неохотой проследил за ее пальцем и увидел, что и в самом деле возвышение, похожее на высокую и толстую стену, не только находилось перпендикулярно по отношению к пересекающей город каменной дороге, по которой мы вчера шли, но и, по всей видимости, опоясывало город наподобие длиннющей китайской стены, скрытой под буйной амазонской растительностью.

— Удивительно, да? — с придыханием произнес профессор. — Стена подобных размеров…

— А что в ней удивительного? — поинтересовался я, перебивая его. — Лично мне кажется вполне нормальным то, что этот город окружен крепостной стеной.

— В Старом Свете это и в самом деле вполне нормально, но вот здесь… Здесь это выглядит весьма странным.

— Вы, наверное, полагаете, что коренные жители Америки не умели строить крепостные стены? — спросила Касси таким тоном, как будто это ее обидело. — Здесь в доколумбову эпоху имелось множество городов, окруженных крепостными стенами. Вспомните хотя бы о крепости Куэлап или о каком-нибудь из других городов, находившихся на плоскогорьях Анд. Даже майя…

— Да, да, это мне известно, дорогая моя, — прервал мексиканку профессор, поднимая руку. — Что мне кажется удивительным, так это то, что крепостной стеной обнесен этот город.

— А почему это кажется вам удивительным?

— То есть как это «почему»? Ты разве не видишь, какой это огромный город, и не понимаешь, на каком технологическом и социальном уровне нужно было находиться, чтобы суметь построить такую стену?

— Извините, но… но я не понимаю, что вы имеете в виду, — призналась, нахмурив брови, Кассандра.

Профессор снисходительно улыбнулся.

— Как ты считаешь, этот город существовал еще до прибытия в Америку европейцев?

— Без всякого сомнения, — ответила, не задумываясь даже на секунду, Касси. — Мне кажется, что задолго до их прибытия. Он, возможно, ровесник городов майя, существовавших на полуострове Юкатан в начале прошлого тысячелетия.

— То есть в те времена, когда испанцами и португальцами здесь еще и не пахло, да?

— Конечно. — Кассандра уперла руки в бока. — К чему вы клоните?

— А к тому, что если защищаться не от кого, то строить столь мощные оборонительные стены — бессмысленно.

— А вы откуда знаете, что защищаться было не от кого? — Я пожал плечами. — Возможно, вокруг этого города жили враждебные племена и его обитатели не хотели, чтобы эти племена проникли к ним в город.

— Такой факт вполне допустим, но даже в этом случае не было бы необходимости строить стену высотой в десять метров. Вполне хватило бы и чего-нибудь поскромнее, тем более что, как я уже говорил раньше, дабы построить нечто подобное, — профессор указал рукой на высящиеся вдали сооружения, — обитатели этого города должны были находиться на очень высоком технологическом и социальном уровне. А потому соседствующие с ними дикие племена вряд ли являлись для них серьезной угрозой.