Однако, несмотря на просьбу Виллины, повелительница Розовой страны всё же решила кое в чём поступить по-своему. Предсказание обязательно сбудется, но ведь невозможно сидеть, ничего не предпринимая, и ждать, что за тебя всё сделают другие! Зачем тогда нужны добрые волшебницы, если они не способны помочь попавшим в беду детям? Пусть Жевунов пока нельзя освободить из плена, пусть. Но ведь им можно передать весточку. Пленникам нужна надежда, они должны быть уверены, что о них не забыли и что спасение близко.

– Придётся тебе ещё немного поработать своими крылышками, – сказала Стелла птичке. – Дорогу ты знаешь и, как я успела понять, на тебя вполне можно положиться. Чуть-чуть отдохни и отправляйся в путь. А вот это письмо мы привяжем к твоей лапке, и ты передашь его пленникам.

Маленькая овсянка была настолько потрясена оказанным ей доверием, что на какое-то время даже потеряла дар речи. Она могла только беззвучно открывать клюв и всем своим видом выражала готовность тут же лететь хоть за Кругосветные горы.

Казалось бы, теперь волноваться не о чем? Но повелительницу Розовой страны продолжали терзать сомнения. Чтобы привести в порядок свои мысли и успокоиться, она вышла в чудесный сад, в котором росли великолепные розовые кусты. Волшебница проводила здесь немало приятных часов, ухаживая за своими любимыми розами и отдыхая от нескончаемой болтовни чересчур говорливых подданных. Розы, к счастью, не умели разговаривать и всегда молчали. Вот и сегодня Стелла прогуливалась по саду, убеждая себя, что поступила правильно. Покоя в душе не было. А тут ещё и служанки во дворце затеяли какой-то пустой спор, и их пронзительные голоса доносились до самых дальних уголков сада.

Стелла вздохнула и сказала, обращаясь к розам:

– Иногда я завидую Виллине. Уж ей-то никогда не приходится просить своих подданных хоть немного помолчать.

И розы в ответ согласно кивнули своими нежными головками.

Трой, Атти и Шеприк в ту ночь так и не сомкнули глаз. Они были возбуждены, они ожидали, что с минуты на минуту добрая Стелла спасёт их из плена и расправится с толстопузыми братцами.

– Стелла могущественная волшебница, – твердил Атти, вертя головой во все стороны. – Её боялась даже Гингема. Стелла обязательно выручит нас. Вот увидите!

– Она добрая, – соглашался Шеприк и добавлял про себя. – «Как Виллина».

– Почему-то добрая Виллина нас не спасла, – ворчал Трой, догадавшись, о чём подумал Молчун. – Да и доброй Стеллы тоже пока что-то не видать.

– Волшебницы не могут уследить сразу за всем, – говорил Атти. – Но я уверен, что птичка уже долетела до Розового дворца.

– Ладно. Будем ждать, – соглашался Трой.

Они ждали до самого утра. Уже и солнце взошло, и Людоеды проснулись, а они всё ещё ждали. Время тянулось ужасно медленно, а плот, напротив, плыл слишком быстро. Пленники ждали весь день и ничего не дождались.

Под вечер всем стало ясно, что ждать больше нечего. Почему-то никто не хотел спасать несчастных измученных человечков.

– Вот тебе и добрые волшебницы, – печально говорил Атти. – Выходит, Людоеды сильнее всех.

Трой тоже повесил голову:

– И зачем только ты придумал искать эти проклятые сокровища! Из-за них мы попали в беду! Теперь мы никогда не увидим наших родителей! Никогда не вернёмся в Голубую страну!

А Шеприк подумал, что он никогда не вернётся в свою любимую, родную и такую тихую Жёлтую страну.

Леса и поля по берегам кончились. Река несла свои бурные воды меж высоких и мрачных скал.

Плот Людоедов доплыл до Кругосветных гор. А пленники расстались с последней надеждой на спасение.

Берега сжимались, течение становилось быстрее. Река вздувалась, бурлила и шумела. Она неудержимо стремилась вперёд, в самое сердце гор, и тяжёлый плот прыгал на гребне потока, словно пёрышко.

Людоеды, взявшись за шесты, старались удержать непослушный плот на середине реки. Если бы плот сейчас ударило о скалы, от него остались бы только щепки. Пленники со страхом глядели на проносящиеся в опасной близости стены ущелья. А бедный Атти крепко вцепился обеими руками в брёвна клетки и повторял с закрытыми глазами:

– Только бы мы не перевернулись! Только бы мы не перевернулись!

Однако рыжий Пырл был начеку. Он много раз плавал по реке и знал, что и как нужно делать. Он уверенно отталкивался шестом от скал и хохотал во всё горло всякий раз, когда ему удавалось обмануть бешеный поток.