Задним ходом грузовик вернулся в директорию «В», чудом вписался между двумя бетонными колоннами, развернулся на месте. Побитая машина «голубых» вывалилась из нашего кузова и, увлекая за собой обломки ящиков и чёрные комки их содержимого, криво встала на пол; в сторону откатилось её шарообразное колесо размером с футбольный мяч.

Последняя машина преследователей обогнула наш грузовик спереди; «голубые» дали очередь, пришедшуюся чуть ниже лобового стекла. На приборной панели замигали красные индикаторы, уши заложило от звона вминающегося металла. Катя начала разворачивать грузовик в сторону, противоположную движению преследующей машины. Свет фар скользнул по чёрному провалу в стене, и она повела машину туда. В приборной панели что-то запищало.

— Если к ним подоспеет подмога...

Новый туннель оказался коротким и почти сразу вывел в промзону, на самое дно её воронки. Врассыпную кинулись с нашей дороги люди, грузовик снёс несколько тонких труб.

— Кажется, не сбила никого, — пробормотала Катя, обгоняя колонну самосвалов. «Голубые» в мониторе не отставали. Музыка била по ушам не хуже выстрелов.

Мы лавировали между построек промзоны, между железяк, труб, контейнеров. На повороте из кузова вывалилось несколько ящиков; машина «голубых» без труда разнесла их в щепки.

— С-суки!

— Стреляют, чёрт... Кать, а что если попробовать ещё раз резко затормозить?

— «Голубые» теперь на расстоянии держатся. Успеют повернуть.

Когда грузовик взлетел по спиралевидной дороге на самый верх воронки, чуть не лопнули барабанные перепонки, и защипало в носу, как при ударе по голове. Подъём в несколько десятков метров занял не больше полутора минут. Машина службы безопасности могла развивать скорость, в несколько раз большую, чем грузовик, однако обилие самосвалов помешало «голубым» обогнать нас. А потом начался туннель.

— Это не простой туннель, — доложила Катя. — Здесь встречное движение.

— Ерунда! Он пустой.

Минуло несколько развилок, и каждый раз Катя пыталась сбить погоню с толку, поворачивая в какое-либо из ответвлений в самый последний момент. Странно, но этот нехитрый манёвр сработал. На очередной развилке грузовик проскочил направо, а клиновидная машина с мигалками улетела влево.

— Они пошутили?.. — я посмотрел на монитор и протёр глаза.

— Одно из двух: или наш туннель где-то впереди сообщается с соседним, и они решили обогнать нас по параллельной дороге, или там впереди засада, а сзади всё перекрыли. Собственно, сенсоры уже что-то улавливают. В полукилометре отсюда.

Катя замедлила ход грузовика. В прямом, как стрела, туннеле яркие фары движущегося нам навстречу автомобиля были видны издалека без всяких сенсоров.

— Дави, — я сжал кулаки. — Дави их! Это легковушка.

— Это не «голубые».

— Ну и чёрт с ними. Дави!

— Нет.

— Почему?

— Это — не «голубые».

— С чего ты взяла?

— Я не буду давить людей.

Легковушка остановилась так близко от грузовика, что свет её направленных вниз фар перестал быть виден в лобовое стекло. Она была иной конструкции, нежели машина СБ: более плавных очертаний, золотого цвета и с различными украшениями, которые я истолковал как символы высокого социального статуса её владельцев.

— Дави их, Катька! Это классовые враги!

— Заткнись.

Ко мне снова вернулась мысль, что меня предали. Я попытался дотянуться до приборной панели, чтобы хоть на секунду активировать двигатели и раздавить ненавистную легковушку, но Катя больно ударила по моим пальцам кулачком.

У буржуйской машины открылась дверь, с моей стороны к грузовику подошёл пожилой мужчина в золотой форме. Катя открыла дверь.

— Ребята, у вас тут всё в порядке? — участливо осведомился мужчина.

— Всё замечательно, — нагло, как Катя бомжам на складе, отрезал я. — А вам будет лучше, если вы уберёте машину с дороги, и мы поедем дальше.

— Вы террористы? — золотой отшатнулся. Он был неприятно поражён.

— Да, — подтвердила Катя. — Делайте, что он вам сказал. Иначе мы вас раздавим.

Золотой поспешил к своему автомобилю.

— Шэрон! Шэрон! — замямлил он, вытаскивая из машины полную низенькую женщину. — Выходи скорее, тут террористы.

— Террористы? — женщина схватилась за сердце. — У нас в Городе?!

— Да, но они не будут нас трогать. Это благородные террористы.

Золотая чета отошла к стене туннеля, я захлопнул дверь, и грузовик со скрежетом и хлопками подмял под себя буржуйскую машину, перевалил через неё и набрал скорость.

— Мы задавили их вежливостью, — сказала Катя

— У этого хмыря была кобура, — заметил я. — Он не пальнёт нам в зад на прощание?

— Ну ты и дикарь! Кто учил меня, что на свете есть добрые люди?