Уже много позднее, когда Р. Паулаускас приехал ко мне в Бирштонас, мы вдвоем наконец разобрались, что Ландсбергису показалось, будто масса слишком долго скандирует мое имя и имя Бразаускаса, а его и его отца встречает слишком скромно. Скажете, ребячество, гимназия?. А капля за каплей за десяток лет?

— Что они — святые? — возмущался он во время съезда. — Может, стать перед ними на колени? Ты, Паулаускас, будь мужчиной идемократом! — Вот он и выровнял ситуацию. В свою пользу.

— Я не собирался выступать, — оправдывался Роландас, — поэтому речь получилась бессвязной и горячечной. Он сам мне подбросил мысли о кости…

На том провокации не кончились. При вскрытии урн выяснилось, что компьютер запрограммирован неправильно и подсчитал бы голоса, как удобнее или выгоднее программисту. Обнаружив диверсию, мы решили работать вручную. Набрали в зале полные карманы шариковых авторучек, пригласили отряд молодежи, так как люди, внесенные в бюллетень, не имели права подсчитывать голоса. Сразу «перевоспитать» в свою пользу такое число счетчиков было невозможно.

Наверное, все участники съезда хорошо помнят, как они терпеливо ждали результатов до пяти часов утра. Выйдя к ним, я успокаивал, что все в порядке, что это только капризы несовершенной техники, а в душу было нагажено. В массе возникли подозрения. Создалась неповторимая ситуация: по одну сторону тысячи людей ждали от нас справедливости, нового порядка, а наши «справедливые» очень постаринному грызлись за власть.

После неудачной попытки вовлечь в аферу бездушную машину никем не избранный А. Юозайтис занял место председательству Ющего и попытался осуществить трюк само лично. Во вступительной речи он сказал, что наступили иные времена и созрели новые правила игры. По его мнению, многие члены Инициативной группы постарели, уже не активны, поэтому в совет Сейма «Саюдиса» нужно выбрать других, молодых и более надежных людей, так сказать, не испорченных прошлым. «Долой коммунистов!» он воскликнул несколько позже, когда его самого схватили за руку.

Поднялся большой шум, начались яростные споры. Большинство избранных воспротивилось этой провокации. Даунорас обозвал Юозайтиса шизофреником и мерзавцем. Поднявшись, он хотел покинуть заседание, но мы его отговорили. Заволновались представители районов. Один из них крикнул:

— Выполняйте программу «Саюдиса», а не устраивайте в нем переворот!

Тогда С. Шальтянис нашел спасительное решение:

— Пусть Инициативная группа в полном составе считается советом Сейма. Эти люди все начинали, пусть они и кончают.

С предложением согласились все, кроме президиума. Группа осталась неизменной. Юозайтиса попросили из президиума. Не помог и принесенный им молитвенник. Его глаза остекленели, а сам он сделался каким–то мраморным и перенапряженным, как в столбняке. Его губы шевелились, не произнося ни слова. Мне стало его жалко. Его сменили В. Чепайтис и З. Вайшвила. Только после этого в зале были объявлены результаты. Никого не забаллотировали. Переутомленные люди приняли это известие без особых оваций. Поэтому говорить о нерушимом единстве «Саюдиса» И нации — более чем наивно.

Дальнейшие события подтвердили победу «Черного сценария» над мягкотелыми интеллигентами. Они еще пытались провести второй и третий съезды «Саюдиса», но ничего приличного склеить уже не было возможности. Народ перессорили. Вспоминая текст первой присяги «Саюдиса», приходится признать: там, где мы нашли мир, посеяли раздор, где нашли обман, распространили ложь, где нашли тьму, там и остались в потемках. Словом, могила для идейного «Саюдиса» была выкопана еще во время Первого съезда, оставалось только подтолкнуть, благо число могильщиков росло с каждым днем…

Каждый малейший факт, который я сохранил, надеюсь, когда нибудь заставит людей крепко задуматься о будущем нашего края, о чести и достоинстве нашего народа, но пока те события очень быстро предают забвению и по чьей–то воле тут же хоронят на свалке истории, вернее, в митинговой бессмыслице нескольких лет, — но что позволительно рядовому человеку, не позволено писателю.

Какими мы были замечательными во время съезда «Саюдиса»! Все ходили, как опьяненные. Не знаю, на каком заседании сейма «Саюдиса» мы начали читать проект новой Конституции, который почтив одиночку написал большой знаток таких дел Ю. Буловас, и тут же авторство присвоил Ландсбергис, так исказивший ее в государственной комиссии, что автор не узнал некоторых ее разделов. Мы все это приняли за чистую монету и с олимпийским спокойствием рассуждали: разве важно, кто автор?. Гораздо важнее, чтобы эта Конституция была хорошей и справедливой ко всем. Какая тупость! Хорошая для всех, хотя создается для одного человека! Такая невежественная «демократичность» разбирающихся во всем саюдистских интеллигентов позволила нашу основную идею «Единого потока» постепенно, понемногу, слово за словом, шаг за шагом, превратить в абсурд «единственного пути». Никто даже не заметил этого хорошо замаскированного обмана, а когда все поняли, было уже поздно.

А как мы гордились, когда Верховный Совет стал приглашать нас на свои заседания! Видите, нас признают, нас допустили, а мы, даже не задумываясь, как осуществлять наши идеи, только обвиняли других, требовали и страшно возмущались, что не слушают своих.

Бывая в Эстонии, Юозайтис стал главным политиком «Саюдиса». Практически он все копировал у соседей, не вкладывая от себя ни гроша: эстонцы делают так, эстонцы действуют этак, эстонцы уже обогнали «Северные Афины»… Эстонцы уже приняли постановление о верховенстве своих законов над законами СССР. Их нужно поддержать. Мы им обещали. Обещал Юозайтис, а выполнять должен, ни много ни мало, наш Верховный Совет. Ничего себе, скромность! Этот человек и сейчас так поступает. Разрушив планы А. Паулаускаса и не будучи причислен к лику святых, сбежал к «коммунисту» Бразаускасу.