В участке оказалось, что Джино и раньше попадал в большие неприятности. Его приговаривали к пожизненному заключению по закону Баумса, трижды обвиняли в нападениях, в том числе в нападении со смертоносным оружием, ограблении и взломе.

– Ладно, скажу это вместо тебя, в твою пользу, – сказал Пат позже, просматривая 224-ю страницу его дела, – тебя никогда раньше не арестовывали за наркотики.

– Клянусь Богом, – сказал Росси, – я ничего не понимаю в этих делах.

– Ты можешь рассказывать об этом детективам, – сказал Том, печатая свой отчет о необычайном происшествии.

– Что будет с моим грузовиком?

– Можешь позвонить в свою компанию, если хочешь, чтобы они послали кого-нибудь закончить доставку и забрать грузовик.

Это была хорошая операция, ведь Росси оказался рецидивистом. Но, конечно, ничего выдающегося в ней не было, так как не было ни опасности, ни стрельбы, никакого риска для того, чтобы прослыть героями. Том настаивал на том, чтобы оставить себе пару конвертиков для того, чтобы в случае необходимости в будущем "посыпать" кого-нибудь из "стоящих" граждан. Но Пат возразил, что понадобится пятьдесят граммов – около двадцати пяти конвертиков – чтобы фальсифицировать особо тяжкое преступление – класса А.

На следующий день, когда они объезжали свой участок, Пат заметил машину Департамента здравоохранения, запаркованную у рынка. Какой-то человек вешал на гвоздь объявление "Закрыто по приказу Совета здравоохранения". Хоффер – владелец лавки – стоял рядом с ним, заламывая руки от волнения.

– Я говорю вам, что не знаю совершенно ничего об этом. Не знаю, как это попало в ящики с мясом. Оно было охлажденное, доставлено грузовиком. Его только что выгрузили. Как могли завестись в нем эти микробы? Если с мясом что-то не так, значит, таким мне его и доставили.

– Вы можете рассказать это членам Совета здравоохранения, – ответил мужчина и удалился.

Хоффер отчаянно выругался и снял передник.

– В чем дело, мистер Хоффер? Случилось что-нибудь? – с невинным видом спросил Пат, выходя из машины.

– Они пытаются разорить меня, – сказал Хоффер. – Конфисковали целую партию мяса. Я думаю, что произошло что-то странное, когда те парни ходили вокруг грузовика. Это было после того, как вы забрали водителя. За что вы его задержали, кстати?

– Наркотики.

– Я знаю этого парня двадцать лет. Он жесткий, бывалый мужик из портовых рабочих, но никогда ничего не делал с наркотиками.

– Что же, вот и начал, наверное, теперь.

– Это все может разорить меня, – сказал Хоффер. – Меня предупреждали, чтобы я не принимал мясо от "Ройял", но я не предполагал, что дело зайдет так далеко.

– Ну, я думаю, что вы как-нибудь уладите дело, мистер Хоффер, – успокоил его Пат и присоединился к Тому в патрульной машине.

– Ты получил от него что-нибудь? – спросил его Том, как только Пат сел в машину.

Тот поглядел на него с укоризной:

– Ты шутишь? Парень и так почти разорился. Департамент здравоохранения накинулся на него сразу после того, как мы арестовали водителя грузовика.

– Странно, – задумчиво сказал Том. – Такие вещи всегда случаются парами. Ты не предполагаешь, что твой осведомитель знал немного больше, чем сказал тебе?

Пат пожал плечами:

– Ты хочешь когда-нибудь выбраться из этой машины, не так ли? Для этого надо провернуть кучу хороших операций. Вот эта была хорошей, так что не жалуйся.

Пат Конте смотрел на трех королей, четыре бубновые карты подряд – от семерки до десятки, четверку треф и козырные десятку пик и туза. Немного подумав, он сбросил четверку.

Лейтенант Артур Марсери поглядел минуту на нее, взял из колоды следующую карту сверху, сбросил десятку лицом вниз.

– Я взял девять пунктов, – сказал он.

– Ох, да Бога ради! – сказал Пат и записал разницу в двенадцать пунктов в колонку Артура.

Двенадцать пунктов давали Артуру победу в первой игре и ставили его в пределы десяти пунктов во второй.

– Ты просчитываешь слишком много вариантов одновременно, – заметил Артур. – Не надо так долго придерживать сильные карты. Вот например, зачем ты так долго держал эти две картинки?

– Я хотел избавиться от них за несколько следующих сдач.

– Сбрось их прямо сейчас, – посоветовал Артур. – Ты должен чувствовать, когда следует избавляться от Лишнего груза.

Они играли в задней комнате клуба на Малбери. За последние несколько месяцев они встречались там за картами примерно раз в месяц. Во многих отношениях Артур служил как бы мостом между Патом и остальной частью Семьи. Никогда не забывая о том, что Артур обладал властью над ним, Пат все же чувствовал себя в его присутствии довольно свободно. Они были людьми почти одного поколения и вполне понимали друг друга.