Только о любви
вернуться

Кузнецова Светлана Александровна
Шрифт:

Осенние ветры свищут…

Осенние ветры свищут. На берег летит волна. Я в гордости самой высшей Забыть тебя не вольна. Недаром так говорливы Недель грозовых дожди, И бешеных рек разливы Опять обещают — жди! Тревога моя, усни-ка, Куда от тебя уйти? Я жду. Огневой брусникой Засыпаны все пути. Все алою, все рассветной, Дотронься — и брызнет сок На землю тропы заветной, На камень и на песок. Тебе не уйти, желанный, Не выцветив соком губ. И там, где красны поляны, Замкнули березы круг.

С полуправды

Сколько память ни тревожь, Не припомнишь даты. С полуправды наша ложь Началась когда-то. Полуправда что ж, пустяк. Думал — не замечу. Это вышло просто так Как-то в летний вечер. Где-то спали города, Где-то ливни лили. Торопились поезда. Пароходы плыли. А теперь вот я смотрю — И глаза пустые, Слово то, что говорю, Без мороза стынет. Глушит травы лебеда. Губы сушит жажда. С полуправды вся беда Началась однажды.

Иду

Пусть давно унесена рекой шуга. Пусть до нашего прощанья полшага. Где-то там еще по тающему льду Я иду к тебе, иду к тебе, иду. Ненадежен лед. Дороженька узка. Мне другие не пример и не указ. Знать, они покой свой очень берегут, Ну и пусть тогда сидят на берегу. Я иду. Над осторожностью смеюсь. Я иду и поскользнуться не боюсь. По последнему, но тоненькому льду Я в последний раз доверчиво иду.

Разбудите меня, тревоги!

Разбудите меня, тревоги! Позовите меня, дороги, В те места, что близки навеки, На забытые мною реки, На забытые мной поляны, На вершины, что далью пьяны, Где над озером крики чаек, Где рассветы мы с ним встречали, Где нам столько было дано, Где расстались мы с ним давно. Там туман по низинам легкий, Там живет без меня далекий, Там брусники ярки рубины, Там не помнит меня любимый, Разбудите меня, тревоги! Позовите меня, дороги! Обними меня, ветер, крепче, Повтори заветные речи, Поведи меня темной чащей За ушедшим весенним счастьем.

Уже грустя в вечерней доле…

Уже грустя в вечерней доле, Долины с ветром говорят, Что мы расстались в чистом поле На много месяцев подряд. Что мы расстались, мы расстались Всему, что было, вопреки У рыжих мартовских проталин, У черной бешеной реки. Что над весенним ожиданьем, Над растревоженной водой Встают большие расстоянья Моей немыслимой бедой. Не раз в раздолье тополином Я повторю еще себе, Что белый свет сошелся клином На чьей-то праздничной судьбе.

Мне солнечно сегодня. Мне легко…

Мне солнечно сегодня. Мне легко. Мне празднично, свободно и отрадно А где-то там, ужасно далеко, Летят снега на вянущие травы. Я травы те не вспомнила б вовек Ни просто равнодушно, ни с участьем, Но где-то там проходит человек, Который чуть не стал моим несчастьем. И вижу я, как он, а не другой Сухие ветви трогает рукою. …Плывет туман над пасмурной тайгой, Плывет туман над стынущей рекою. Мне солнечно сегодня. Мне легко. Мне празднично, свободно и отрадно. А где-то там, ужасно далеко, Под первым снегом умирают травы.

Все сказалось — нрав беспокойный мой…

Все сказалось — нрав беспокойный мой И бродяжья кровь моих предков… Говорила я, что еще зимой Разорву узелок некрепкий. Говорила я, говорила, Да сама же всё заварила, Да сама хоровод заводила, Да сама огород городила. Да сама свела молодца с ума. Как уйти, когда всё сама?

Звонок тревожно зв'oнок…

Звонок тревожно зв'oнок, Приходишь ты за долею, А я встаю спросонок И тру глаза ладонями. А я смотрю вполглаза, Вполголоса смеюсь. Ты весельчак, пролаза, И я тебя боюсь. Шути, болтай про всячину, Про речку и про дно. По мостику висячему Пройти нам не дано.

Я устала, солнце огораживая…

Я устала, солнце огораживая, Радоваться солнечным дарам. Катится оно, мое оранжевое, К острым настороженным горам. Катится оно, мое закатное, К черному оленю на рога, И на это зрелище занятное Я смотрю, беспечна и строга. Все дышу полынной горькой сладостью У ручного, тихого ручья. …Вот и обернулась сила слабостью. Вот и докомандовала я.