— Спасибо, Дик, — сказала Тесса в своей привычной самоуверенной манере, почерпнутой ею в Бринморском колледже. — Я счастлива, что могу довериться в этом деле вашей опытности.

— Аналогично, — кивнул Том.

— В таком случае, — произнес Суини уже не таким, как прежде, официальным тоном, — позвольте мне пригласить вас на ленч.

— Лучше пришлите мне чеком ту сумму, которую вы намеревались на меня потратить, — улыбнулась Тесса. — Дело в том, что сегодня я встречаюсь за ленчем с Байроном и у меня занята все первая половина дня.

— Коли так, приглашу вас в другой раз. — Суини перевел взгляд Тома.

— Я с удовольствием, Дик, — с энтузиазмом произнес Том, после чего, посмотрев на свои руки, с несколько меньшим энтузиазмом добавил: — Но мне после уик-энда надо возвращаться в Англию, а между тем у меня образовалась парочка неотложных дел, с которыми я бы хотел с вашей помощью разобраться.

Взаимоотношения между представителями семейств Суини и Клейтон уходили корнями в далекое прошлое. Имон Суини и Патрик Клейтон вместе прибыли в Америку в 1915 году, купив билеты на один и тот же пароход, отправлявшийся из Ирландии в Новый Свет. В течение нескольких дней после прибытия в Нью-Йорк они оба трудоустроились: Суини получил место клерка в адвокатской конторе, а Клейтон начал работать на стройке в Бруклине. Хотя сферы деятельности у них были разные, дружбе ирландцев это не помешало. Она стала еще теснее, когда они оба — каждый на своем поприще — достигли того, что принято называть успехом.

Пока Патрик пробивал себе дорогу в коррумпированном мире подрядчиков, подвизавшихся в сфере строительства общественных зданий, Имон закончил вечерний институт и стал адвокатом. С течением времени они оба обзавелись семьями, родили детей и приобрели дома в округе Вестчестер. Их старшие сыновья Майкл и Ричард тоже неплохо ладили и вместе учились в Гарварде. После окончания университета Дик пошел работать в адвокатскую контору своего отца, а когда тот вышел на пенсию, заменил его в должности старшего партнера. У Майкла же особой склонности к бизнесу не обнаружилось, и Патрик не принуждал его занять место в семейной фирме. Более того, Патрик, казалось, даже обрадовался, когда его сын избрал академическую карьеру.

Они немного постояли на улице рядом с адвокатской конторой «Суини, Таллей и Макэндрюс» на Пятой авеню, пока Тесса не поймала такси в сторону Уолл-стрит, после чего двинулись по Сорок восьмой улице в направлении отеля «Уолдорф». Метрдотель, увидев мистера Суини, расплылся в счастливой улыбке и лично проводил гостей к привычному столику адвоката в «Пикок-элли». Туда долетала негромкая музыка с коктейльной террасы, где кто-то наигрывал на пианино композицию Кола Портера.

— Дик, — проникновенно сказал Том, взболтав виски в стакане, с тем чтобы растаял лед, — вы знали моего дедушку?

— Разумеется. Они с моим стариком были закадычными друзьями. Даже, я бы сказал, лучшими.

— Я не сомневался в этом. Но мне вот что интересно: насколько вы осведомлены относительно деловых предприятий деда?

— Странный вопрос, Том, не находите? Что конкретно вы бы хотели узнать?

— Ничего странного. Отец никогда со мной об этом не говорил, как если бы коммерческая деятельность деда вызывала у него некоторое смущение. Но я точно знаю, что Патрик всегда был при деньгах. Даже в годы Депрессии. Вы, часом, не в курсе, какова судьба его строительной компании?

— Полагаю, она умерла вместе с ним, ибо он был ее душой и компания держалась на плаву в значительной степени благодаря его энергии.

— Но ведь вы были его адвокатом, не так ли?

— В своем роде… Всю его подноготную знал только мой отец. Как я уже сказал, они дружили целую вечность и вместе приехали сюда из Старого Света.

— Но какие-то записи у вас остались?

— Даже если и остались, я никогда не просматривал эти бумаги. Полагаю однако, что в архиве их скопилось достаточно. Полагаю также, что смог бы обеспечить вам допуск… если вы действительно хотите на них взглянуть. Учтите, там в основном документы за тридцатые-сороковые годы, которые вряд ли могут представлять сейчас интерес. Но что, собственно, вы ищете?

— В основном корни, Дик, корни, — соврал было Том, чтобы оправдать свое любопытство, но решил высказаться более определенно: — Поскольку отец благодаря дедушке весьма удачно стартовал в этой жизни — как, впрочем, и мы с Тессой, — я часто спрашиваю себя, откуда пришли к нам все эти деньги.

Дик Суини с понимающим видом кивнул. Сейчас он походил на умудренного опытом старшего родственника семьи, собиравшегося поучить уму-разуму представителя молодого поколения.

— Знаете, Том, — доброжелательно произнес он, — в те годы жизнь эмигрантов не баловала, а подчас обходилась с ними весьма сурово. — Том поощрительно кивнул — дескать, продолжайте, прошу вас, и Суини продолжил: — Говорят, что Дикий Запад начинается в Оклахоме, но мне лично всегда казалось, — он ткнул большим пальцем в сторону реки Гудзон, — что он начинается прямо здесь, в Нью-Джерси. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду?

— Конечно, — улыбнулся Том. — Возможно, уезжать отсюда мне действительно не имело смысла.

Они рассмеялись. Потом Дик наклонился к Тому и негромким доверительным голосом произнес:

— Представьте себе, что у вас ничего нет, кроме мозгов. И если бы вам вдруг предложили заработать пару долларов на бутлегерстве, вы бы, думаю, от такого предложения не отказались. Особенно зная, что никому этим сильно не навредите. Все-таки здесь не Чикаго и нравы, соответственно, мягче и сдержаннее.