— Милая, вот новый адрес отца Макса. Броуди переехал на прошлой неделе. Я знаю, ему было бы приятно, если бы ты изредка сообщала ему, как у тебя дела.

— Хорошо. — Дэйна не скрывала, что хотела бы поддерживать связь с ними обоими, особенно после того, как родится ребенок. Они не знали, кто это будет, мальчик или девочка, да и никого это не волновало. Ребенок — часть Макса, и это главное. Кэрри собиралась сделать все, чтобы Дэйна и ребенок ни в чем не нуждались.

— Давно пора, верно? Броуди поселился около университета. Фиона наконец-то убедила его выбрать приличный дом. Рядом парк… Честно говоря, я подозреваю, что у них что-то назревает…

Вдруг Дэйна прижала руку к животу.

— Что такое, девочка? — Кэрри вскочила. С этим ребенком ничего не случится. Никогда!

Но Дэйна улыбалась.

— Эта маленькая обезьянка пинает меня, словно я футбольный мяч. Вот. Потрогайте. — Она взяла руку Кэрри и положила себе на живот. Кэрри удивилась, какой он твердый на ощупь. — Вот сейчас… сейчас… Вот! Чувствуете?

— О боже, да… — прошептала Кэрри. Она не станет плакать. Только не на глазах у Дэйны. Она оставит слезы на потом, когда поднимется в комнату Макса, прочитает молитву, зажжет свечу и скажет ему, как и полагается матери, что он — лучший сын на свете.