Изабелла долго молчала, изредка покачиваясь на неровностях лесной дороги, а потом неожиданно, глянув прямо в глаза Маши, тихо поинтересовалась:

— А что вы хотите от меня услышать, дорогая Марья Ивановна? Похвалы? Или вас интересует моя действительная оценка того, что вы сделали? Что?

— Полагаю, мне больше интересно то, что вы действительно думаете, чем просто похвалы нашей работе, — сухо отозвалась Маша. — Уж их-то я вдоволь наслушалась. Аж ухи ноют.

Уже из первых слов ей сразу стало ясно что баронессе многое не понравилось. А это было неприятно. Сама она о заводе была самого высокого мнения.

— Ну, — усмехнулась Изабелла, — в таком случае слушайте и не обижайтесь, даже если что вам не понравится, — тут же подтвердила она самые худшие Машины предположения.

На меня действительно произвёл большое впечатление этот ваш "маленький", как вы его назвали винокуренный заводик, — снова широко улыбнулась баронесса, доставая из корзинки и засовывая в рот очередную ватрушку.

Ну что ж, начнём по порядку.

Изабелла стряхнула с колен крошки, оставшиеся от предыдущей ватрушки и с довольным, сытым видом глядя на Машу начала, не забывая аккуратно откусывать по кусочку:

— Первое. У завода отсутствует охрана. То, что вы там что-то говорили о каких-то сорока егерях, в настоящий момент осуществляющих охрану завода, так это, по-моему, плод вашего больного воображения. Охрану никто не несёт. За всё время нахождения на заводе я видела только одного охранника, да и тот откровенно спал возле двери в казарму.

Когда мы только въезжали во въездные ворота, там никого не было. Единственный охранник, что нам вообще встретился, вместе со всеми встречал нас возле терема управляющего. Вероятно, он просто сбежал с поста у ворот, чтобы предупредить управляющего о нашем приезде.

Второе. Не ведётся никакого наблюдения за окружающей местностью. Вы говорили, что в округе шалят ящеры с амазонками, что у Александра Игнатова спалили хутор, а на заводе нет системы ни дальнего, ни ближнего, вообще никакого ни наблюдения, ни оповещения. На крепостной стене за всё время, что мы там находились, не появился ни один охранник. Наверху надвратной башни, на смотровой площадке, там, где вы так любезно мне показывали дальние окрестности и местные красоты, отсутствовал наблюдатель. Отсутствовал как таковой. Хотя, место там для него просто великолепное. Вся округа словно на ладони, но никто за ней не наблюдает.

Из вашего разговора с управляющим я поняла, что в крепости нет действующего начальника охраны, да и вы мне никого не представили в этом качестве, а это бардак. Всем заправляет, как я понимаю, пара, тройка десятников под началом кретина управляющего. Он может и хороший специалист по водке, но как начальник охраны столь дорогого и важного объекта, он ноль.

Это то, что касается охраны завода, — закончила баронесса. — И это только самый первый, самый поверхностный взгляд. Уверена, что если вплотную взяться за проверку, вылезет ещё столько же совершенно недопустимых вещей.

Не понимаю, о чём думает ваш муж, дорогая Марья Ивановна, — холодным тоном заметила она. — Это вещи, которые впрямую должны его касаться, как военного человека, ответственного в вашем клане за оборону. Если и на других объектах такая же картина, то он явно не на своём месте.

Полагаю, что в случае нападения, ваш завод обязательно разграбят и будет хорошо, если не сожгут.

Хотя, — усмехнулась насмешливо она, — на месте, что ящеров, что амазонок, я бы не спешила его жечь. Очень удобная штука для них этот ваш завод. Им не надо напрягаться и грабить всех хуторян по отдельности. Стоит только подождать пока заполнятся ваши амбары и вместо грабежа сотни мелких хуторян один раз ограбить ваш завод.

Очень удобно, — насмешливо заметила она. — Один удачный набег и они собрали весь урожай всего этого края. Река Каменка, на притоке которой стоит этот авод, рядом, буквально в десятке вёрст. Добраться оттуда сюда незамеченными, что для амазонок, что для ящеров — не проблема.

Полагаю, не ваши высокие стены, которыми вы по праву гордитесь, действительно вполне заслужно, являются причиной того, что на завод до сих пор ещё никто не напал. А именно то, что я только что вам сказала. Просто все ждут, когда окрестные хуторяне выполнят перед вами свои обязательства по поставкам. И тогда одним разом всё заберут.

А если допустить, что у них в городе есть сообщники, а их просто не может не быть, насколько я знаю подобную публику, то я вам даже могу назвать примерные сроки, когда вам следует ждать нападения.

— Ну и?

Маша, с горящими от злости глазами, нервно пошевелилась на диване коляски, на котором она словно зачарованная слушала рассуждения баронессы. Глядя на неё сердитыми, злыми глазами, он едва сдерживалась, чтобы не нагрубить в ответ или просто не выругаться матом. Баронесса была права. Она была права на все сто процентов. И Маша отчётливо это понимала. И от этого было ещё противнее. И хотелось кого-нибудь ударить.