Шрифт:
– Ты подбиваешь меня…? – изумился Вэдан. – Да как ты мог подумать о нарушении Соглашения?
– А что оно дало вам, сареасам, это Соглашение? Развал экономики, гражданские войны в пограничных областях и распад всей вашей империи?
– И установку под Мостом, остановившую мутантов из Священного Озера, – возразил Дарэнг. – А ведь тогда от третьего города Цачеса уже мало что оставалось…
Баруг скривился. Да Вэдан и сам знал, что это – не аргумент.
– Ваши Хранители создали бы такую же установку или подобную ей без всякого возмещения, – процедил Дирт. – Как они всегда это делали для сареасов. Если ты хочешь, если ты действительно хочешь помочь Мэниру, я могу отвезти тебя на Площадь Горя. Ты еще успеешь присоединиться к обреченным.
Дирт пристально посмотрел на него.
– И если вы с Мэниром вернетесь, я помогу вам избежать суда.
Вэдан выудил из кармана ключ зажигания.
Джоанна остановила запись. Тела замерли в нелепой позе, напоминая вывешенные на просушку простыни, которые перепутал и закрутил ветер. Все было уже понятно и так.
И боже, как же отвратительно это выглядело.
А она еще сгорала от стыда, устанавливая камеры скрытого наблюдения в спальне. Идиотка. «Но что мне было делать?», подумала Джоанна. – «Родить ему ребенка, как он хотел? И сидеть дома, оплывая, превращаясь в тупую домохозяйку?»
Самое обидное, конечно, заключалось в том, что Джоанна не изменяла мужу. Хотя нельзя сказать, что двадцатитрехлетней блондинке с огромными зелеными глазами не поступало предложений на этот счет. Хотя бы за последний месяц, что она провела в качестве переводчика при землянах. Они составляли словарь вместе с переводчиком гостей, высоким импозантным красавцем Дэйно Каарегом. Его немного портили лепестки жабр по обеим сторонам шеи. Выглядели они так, словно Каарега укусил вампир, да так и оставил в теле жертвы свои клыки. Но Джоанна отказала Каарегу не поэтому. Она на самом деле любила мужа и не представляла вместе с собой никого, кроме Вугаса.
А Вугас не потратил зря ни одной минуты за это время. И откуда только взялась такая прыть и выносливость!
Джоанна медленно вытащила из пачки сигарету и закурила. Руководитель миссии намекал ей, что земляне готовы взять кого-нибудь с собой, для подготовки на месте ответного визита с Надежды. Так не желает ли Джоанна… Как хорошо, что она не дала ответа сразу.
«Это должно выглядеть как несчастный случай», подумала Джоанна.
Джоанна раздумчиво посмотрела на блестящую кофеварку. Агрегат уютно расположился на боковом столике, сразу при входе в кухню. Состав напитка можно было установить в автоматическом режиме и вручную, но реальный выход зависел от качества заправленных зерен.
Или иных ингредиентов.
Джоанна прошла в кладовку, где муж хранил реактивы для опытов. Нужная твердая пачка с упреждающими надписями обнаружилась на верхней полке. Джоанна натянула рукав блузки на кисть и взяла пачку.
«Эти ученые такие рассеянные», подумала Джоанна и улыбнулась.
Глава первая
Кианейс в серебристой диэлектрической куртке вошел на Площадь Горя последним. Ворота захлопнулись. Тринадцать людей сбились в кучку посредине Площади Горя. Два других биоробота уже собирали у них идентификационные браслеты.
До появления кэцэров в Империи Сареасов не существовало даже обязательных удостоверений личности. Правящая элита, сареасы, были немногочисленны. Истинное имя человека было принято скрывать, добавляя к первой букве окончание «эйно», но сареасы все если и не знали друг друга по именам, то, по крайней мере, через знакомых и родственников. Для идентификации преступников по совету Хранителя Оружия пользовались отпечатками пальцев, собранными в единой базе.
Однако после вторжения иноланетян все изменилось. Член Совета Трехсот, Кэйно Лиарег, был единственным, кто общался с кэцэрами лично. Он утверждал так же, что кэцэры касались его. Сразу, как только Совет Трехсот выбрался из ловушки в Диразе, одежда Лиарега была тщательно изучена на предмет следов, оставшихся после контакта с кэцэрами. Действительно, были обнаружены следы некоего вещества. Определить его природу оказалось невозможно, но главное все же удалось установить.
Кэцэры были лишены ДНК.
Существование живых – и к тому же разумных – созданий, у которых отсутствует ДНК, вызвало бурную реакцию в научных кругах. Практическим же следствием этого факта была замечательная возможность отличить человека от инопланетянина.
Далее было разработано несложное устройство, позволяющее быстро провести анализ ДНК. Сначала подлинность человечности проверялась патрулями кианейкама, вооруженными переносными идентификаторами. Предписывалось так же проверять каждого, кто стучится в твой дом. На воротах жилищ сареасов появились датчики, анализировавшие любой образец ДНК. Они были связаны с собственной биометрической базой. Туда вводились данные тех сареасов, кому был разрешен доступ в данное здание, в первую очередь – домочадцев. Датчики имели разнообразную конструкцию – от небольшого устройства, в которое требовалось плюнуть, до изящного условного отпечатка ладони, куда прикладывали руку. Во втором случае устройство анализировало капельки пота, который в небольших количествах всегда присутствует на коже.
Некоторое время спустя аналогичные датчики были установлены на всех воротах Цачеса.
И когда накопилась крупная база данных, был принят закон, кратко называемый законом тройного равенства. Суть его заключалась в следующем.
Каждому гражданину империи был присвоен личный номер. Сареасам принадлежали числа разрядностью до миллиона, поскольку даже по самым оптимистичным прогнозам их никогда не стало бы больше. Лерцам – все остальные значения. У каждого гражданина, чья ДНК еще отсутствовала в сводной биометрической базе, был взят образец. Каждый образец ДНК был занесен в биометрическую базу, таким образом, что получалось тройное равенство: сареас А = № 1= соответствующему образцу ДНК.