А ещё он как-то обмолвился, что заклинание Тин, лишающее на время мужской силы, может помочь ещё кому-то из драконят. Получается, что он приглядывает не только за мной и Асом, но и за другими недолетками драконьей крови. Значит, если я хочу продолжать учиться у него, мне надо стать лучше, способнее, трудолюбивее, сообразительнее остальных. Я уже поняла, что больше всего Шон ценит то, что он определяет словом «интересно».

— Мири! — Тин обняла меня крепче. — Пока эта твоя симпатия не во вред — ты лучше учишься и себя бережешь. Но не отдавай своего сердца тому, кому оно без надобности. Думается мне, что если ты слишком привяжешься к этому чернявому в балахоне, счастья тебе не видать.

— Тин, а что такое счастье? Я пока знаю только, что замуж не хочу. Ни за кого. А Шон как раз жениться не хочет. А вот Аскани — хочет. И это меня пугает.

— Ну ты спросила… — задумалась сестра. — Счастье — это возможность делать то, что тебе нравится, и не чувствовать себя виноватой или обязанной. А если кладешь на плечи долг, так потому, что сам решил, что это — правильно. А не потому, что кто-то другой его на тебя захотел повесить, — улыбнулась. — Ну ладно. Гримуар почитать хочешь?

А то! Такое я завсегда хочу!

Я уже с грехом пополам научилась разбирать закорючки и кракозямблы с собачьими лапами и свиными хвостами в семейной книге. Странные тут были заклинания. Некоторые — просто полезные. Например, как поднять угол избы, избавить бревна от гнили, очистить колодец, толстую косу на лысой голове вырастить. Или как высветить безопасный путь для прохода по болоту. А некоторые казались непонятными. Например, что делает заговор, выворачивающий следы? Как и куда он их выворачивает? Надо как-нибудь попробовать.

На ночь глядя померила ведрами резерв. Четырнадцать! На три больше, чем вчера, и на два, чем сейчас у Аскани! Вот так подарок сделал мне Шон! Пусть в руках его не унесешь и на себя не наденешь, ценнее для меня не было.

Свернувшись под одеялом, прижала к груди вторую подушку. И стала вспоминать, как смотрела на лицо мага. Близко-близко, рядом-рядом, глаза в глаза. Кривоватый нос, чуть оттопыренная нижняя губа, веснушки, карие глазищи. Вздохнула — куда-то я не туда. Наверное, лучше мне его больше не видеть.

Интересно, а Шон хоть чуть-чуть обо мне думает?

Глупый вопрос. Думает ли гора о божьей коровке, ползающей по травинке у её подножья? Кто вообще знает, о чем думают горы?

Ас поёжился:

— Ты заметила, эта Элия без конца на меня смотрит.

— Ас, на тебя почти все девчонки глазами хлопают, — засмеялась я.

— Так эта ещё и ходит следом. Я пару раз замечал её за окном физкультурного зала, когда мы с Бредли занимались фехтованием. И у конюшни…

То-то диво. Когда Ас в бриджах и свободной светлой рубахе, с мечом в руках, гибкий, как молодой барс, сражался с Бредли, я сама ловила себя на том, что, глядя на него, перестаю дышать, только изредка сглатываю слюни. Возникало странное чувство, что я его съесть хочу.

— Ну загляни ей в голову, обнаружь, что у тебя завелась ещё одна поклонница, и успокойся.

— Пробовал, да не могу. Или она уже умеет ментальную защиту ставить, или какой-то семейный амулет носит.

— Может, Россу сказать? — задумалась я. Да вроде пока не о чем. Ну ходит ещё одна за Асом — то-то диво. Подняла глаза на сидящего рядом Аскани: — А аура?

— Посмотри за ужином сама. Непонятная. Я б сказал — симпатия, интерес, сожаление. Но вроде страсти там не видно — выгонять из кровати не придется.

Переглянувшись, захихикали.

Сейчас мы с Асом как раз сидели в его комнате на кровати. А не далее как позавчера одна из влюбленных в Аса девчонок — чернокудрая шестнадцатилетняя Миира из четвертого класса — не придумала ничего лучше, как в его отсутствие пробраться в комнату, раздеться догола и, сдвинув матрас, забиться к стенке. Причем заныкалась так, что Ас ничего и не заметил, пока не лег. Контрольные сети у нас с ним в тот момент не работали, потому что мы вдвоем колдовали целый вечер — я учила Аса тому, что показал мне Шон. Домагичились до глаз на лбу и пустого резерва и поползли спать. Вот тут-то Миира с её интересными инициативами и подвернулась.

Негодующий вопль Аса и визг Мииры слышала половина общежития — я вылетела из комнаты и скатилась по лестнице как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ас выпихивает девицу за дверь и вышвыривает следом её платье. Миира, ничуть не стесняясь своего вида, уперла руки в боки и на весь этаж пошла честить Аса, обзывая мерином и каплуном. Высунувшиеся из комнат парни громко ржали, глядя на скандал. Наконец Миира высказала всё, что думает, по поводу слишком разборчивых герцогов, которые настоящей красоты и своего счастья не видят, подхватила ком одежды и потопала к лестнице. По пути ещё и меня отпихнула плечом с дороги.