– Было дело, - кивнул юноша.

– Ты тоже дрался?
– Архин посмотрел на левый бок Клеарха, где повязка предательски выпирала под хитоном.
– Ну, зачем тебе это?

– Это моё дело. Я делал то, что должен, - у него не было желания обсуждать эту тему. Старик понял, он всегда чувствовал, что вопросов веры им лучше не касаться, выбранил себя внутренне за оплошность, потом сказал:

– Ладно. Вот, деньги, этого должно хватить как на покупку, так и на дорогу. Рана не помешает тебе отправиться?

– Там ничего серьёзного, мне перевязали хорошо, - ответил Клеарх.
– Нам нельзя медлить, завтра же утром мы с Николаем отправляемся.

– Доверяешь ему?

– Как себе. Мы росли вместе.

– Хорошо. Тогда иди. Я буду молить богов об успехе. Можешь не верить, что они имеют силу, но я всё же буду...

Отец Николая, известный адвокат и ритор, уже отправился по делам, когда юноша ступил на порог, и слуга провёл его по пустому дому в ту часть, где обитал младший в семействе. Его друг был на заднем дворе, выбивал глухие стоны из деревянного столба, охаживая его учебным мечом и метая дротики.

– Армия зовёт?
– усмехнулся на это Клеарх.

– Я не оставил своей затеи и прочно собираюсь купить командирскую должность, пусть и не крупную. Вот, отец взбесится, когда узнает, что я предпочёл военную службу, - ответил тот, оставив занятия и поливаясь из чаши.
– Лучше мне уехать поскорее, а не то кончу на виселице, особенно с учётом того, что вчера было.

Они составляли полную противоположность друг другу. Клеарх выглядел, по сравнению с Николаем, как тонкий, изнеженный иониец рядом с могучим спартанцем легендарных времён. Первый был смугловат, темноволос, худощав, однако неплох собой, было в нём что-то восточное, хотя и слабо уловимое. Второй же, напротив, гордился льняного цвета волосами, как у Ахилла или Александра, крепким телом, над которым работал в палестре, и роль воина ему вполне подходила.

– Что там насчёт вчерашнего?
– спросил юноша.

– Они начали разбирательство. На месте обнаружили двенадцать убитых, о раненых же точно не известно. Знаем только, что среди наших около двадцати слегли надолго, среди них и Лисипп, ты должен помнить его.

– Кто-нибудь из павловых ублюдков покажет на меня как на убийцу, - поморщился Клеарх.

– Мы защитим тебя, Хилон в курсе дела. Все наши будут отводить от тебя подозрения, если потребуется, то и спрячем. Хотя, мы же уезжаем завтра. Воистину, это хорошее решение, тебе нужно покинуть город хотя бы на несколько дней.

– Да, это радует, - кивнул юноша.

– Значит, Спарта?
– Николай жестом предложил другу поразмяться со щитом или другим оружием.
– Так, что мы там забыли?

– Нас ведут туда древние мифы и легенды. Ты же слышал о Зене Амфипольской, воительнице, что жила во времена гражданской войны в Риме, когда сражались Цезарь и Помпей?

– Да, читал я об этой истории. Однако причём здесь мы?
– поднял брови Николай. Клеарх знал, что его друг не был равнодушен к легендарной истории. Он стал христианином под влиянием матери, однако получил классическое образование, учился философии у известного учителя Филарха, который, будучи приверженцем эллинской религии, много внимания уделял мифам.

– Мы едем за свитками, в которых содержится история Царицы воинов. Архин задумал труд "Великие и достопамятные женщины эллинов", но ему нужны лучшие источники, особенно же касательно Зены, ибо её история противоречива и темна.

– Чем же так важны эти свитки?
– удивился тот.
– В любом городе можно услышать свою историю о ней, а уж в поселениях близ былого Амфиполя целыми днями можно слушать всякие сказки про божественную деву и Цезаря, про всякие страны и города, что она посетила. Тебе даже покажут её любимый колодец, остатки её дома и, конечно, оружие воительницы, которое не под силу поднять и десяти мужикам. По мне, так нет нужды искать ещё какие-то свитки, в них записано то же самое.

– Нет, это не совсем так, - возразил ученик мифографа.
– Дело в том, что есть много традиций и версий в мифах о Зене, как и о многих других героях. Есть, как кажется, определённое ядро в мифе - это история об отношениях Зены и Цезаря, а также о борьбе с Каллисто. Оно было изначально, потом к этому добавилась масса второстепенных историй, придуманных философами или писателями с разными целями, в городах создавали рассказы об их посещении героиней, народная молва выдумывала свои небылицы, именно об этих историях ты сейчас и говорил. Однако, если отделить всё это от самой ранней версии, то получится первоначальный вариант мифа, самый близкий к правде, именно этого и желает Архин - написать самую первую версию этой истории. Мы едем сейчас за свитками, которые содержат древнейшую традицию из известных. События в них могут весьма отличаться от популярной версии, и скоро мы в этом убедимся.

– Тебе нравятся истории о Царице воинов? Ты говорил сейчас весьма страстно, - улыбнулся Николай, глядя, как юноша пытается рубить столб.

– Да, не спорю. Это были славные времена, когда слава эллинов ещё не совсем померкла. Время героев, поднимавшихся к вершинам Олимпа лишь собственными усилиями, время, когда всё ставили на кон, решаясь положиться на судьбу - победить или рухнуть в бездну.

– Мне иногда кажется, что ты хотел бы жить не сейчас, а в те времена. Старые боги привлекают тебя больше Христа?
– Николай лишь шутил, и его друг это знал, потому не обижался.