— Отставить! Это где еще видано, чтобы, извините, сухопутная крыса, моряка языку учла?

(Здесь я хотел заметить, что кто из нас крыса, еще посмотреть надо, но не смог вставить и слова).

— Вот был бы ты у меня юнгой, карасей бы отведал. Заодно и веником драить научился и разбираться, что есть что в море, научился. А ноктауз, молодой человек, — сказала она, остывая, — и нактоуз, — разные вещи. Ноктауз это — тазик для ног — шведское слово, и незнание этой необходимой в морском обиходе вещи, культурному человеку, чести не делает. Даже если он глуп, как морская коза.

На козу я уже не обиделся, привык, по-видимому, меня другое заинтересовало.

— А вы что плавали? — задал я сам собой напрашивающийся вопрос.

— Бревна плавают, — проворчала крыса, которую, как позже оказалось, звали Штормтрапом, а после паузы сердито выпалила: — Я ходил, как батенька Адмирал Ушаков ходил. Так ходил, что вашим врунгелям и не снилось. Весь мир, просыпаясь, каждое утро к газетам да телевизорам бежал, чтобы узнать, как там боцман Штормтрап и матрос Балласт очередную трудность преодолели и очередной опасности избежали. Единственная кругосветка двух матросов на попутных судах. Всемирная слава и тысячи почитателей.

И так интересно мне стало, как это можно в кругосветное плавание без своего судна отправиться, что я решил все стерпеть, но о путешествии Штромтрапа послушать. Да он и сам, судя по всему, ждал от меня такой просьбы — об этом говорил весь его вид. Он сидел ко мне спиной, надувшись, и соскребывал сладкие подтеки с банки клубничного варенья так, как, только, если очень сильно хотеть чего-нибудь рассказать, делают.

— Ой, расскажите, пожалуйста, — попросил я боцмана. — Я очень хочу стать моряком. Даже тельняшку у дяди просил с Дальнего Востока привезти.

— Тельняшку, молодой человек, любой валенок одеть может. Но моряком или матросом от этого не станет. Для этого еще кое-что требуется: смелость, находчивость и, — он многозначительно поднял палец, — упорство. А этого у валенок не имеется. Научно установленный факт. Вот кабы я не сочетал все эти три качества, разве стал бы уважаемым моряком с таким всемирно известным именем? Правда, и среди адмиралов валенки встречаются, но, к счастью, редко, и узнать их легко. В деле. Валенки, видите ли, на воде плохо держаться. Тонут. Потому что к этой стихии не приспособлены совсем. И вот, однажды, попался мне такой вот валенок, вроде вас. В морском деле ни в зуб ногой. Ну, это еще ладно, и на суше не совсем пропащие встречаются. Но этот парень был всем валенкам валенок. Прямо скажем. Без обиняков. Видите ли, к тому моменту я уже не раз и не два, а гораздо больше кругосветок за плечами имел. Три. Все в своем роде первые. Так что, хоть и давно это было, но запас и опыт имелся солидный. Не так, как сейчас, конечно, но все-таки. Года, как-никак, обязывают. Да-с. В вашем возрасте это, конечно, понять сложно. А я, надо сказать, исключением был всегда и уже в довольно юном возрасте бороздил суровые холодные моря и нюхал соленый морской ветер. Да, батенька, все на свой шкуре испытал. Везде поплавал. Вот многие спрашивают, интересуются, как один человек столько успел? А вот так! И восьминог, коли захочет, корабли водить начнет, только ему качества свои развить нужно. Хотя и для этого задатки нужны. А вот в этом-то и сложность. Собственно, с этого-то все и началось. Ко мне, знаете, молодой человек, и раньше частенько обращались. Не так как сейчас, нет. Но поток тоже был солидный. Кто за советом, кто за помощью. Даже книгу просили написать, в наставление потомкам, так сказать. Да не люблю я этого, между нами. Скромность не позволяет. Ну вот, и приводят ко мне, как-то, одного валенка убитые горем родственники и говорят, что пропащий ребенок, безынициативный донельзя, при полном отсутствии задатков к чему-либо. Ну, такого, чтобы совсем-то уж пропащий, не бывает. У всякого свои задатки есть, только у кого на поверхности или сами как цветочки вылезают, а у кого и докапываться приходится. Вот и докапываются разными подручными инструментами, кто ремнем, кто еще чем похлеще. Да таланты-то и ломают. А это, молодой человек, не дело. Запомните. Пригодится. Будете у себя взращивать задатки, обязательно пригодится. А у меня, без хвастовства скажу, на корабле любой пень зацветает. Ведь к человеку с пониманием надо, с обходительностью. Вот почистит он денек «ласточку», сразу в себе способности почувствует и начнет прорастать на благо человечеству. Ну, в этом роде я и родственником его сказал: дескать, случай не безнадежный. И медицина, как говорится, не бессильна. Вылечим, поставим на ноги и научим использовать свои таланты в мирных целях. Успокоил, в общем, родственников и по домам отправил. Перевоспитуемому в таком случае лучше от всего, что с прежним окружением связано, оторваться. И о том, что он дуб, каких мало, забыть.

Зачем человеку зря нервы портить? Они ему для роста пригодятся. Для светлого нашего с вами общего будущего. Паренек — ничего на вид. Имя только странное какое-то — Балласт. Ну да это ерунда как раз. Не имя красит человека, а совсем наоборот. Вот знаете, как Колумб переводится? Не знаете. А между тем, смысл на виду, только его мало кто замечает. Это — «клумба», между тем. На испанском-то. Просто язык заграничный, вот нам и кажется, что в таких звуках нечто благородное, высокое.

Клумба — клумбой, а Америку открыл. Так что имя не важно. Конечно, неплохо с рождения называться как-нибудь звучно. Ну, хоть Штормтрап, например. Какая игра слов! А образы какие перед вами встают! Разбушевавшаяся стихия, волны. Качающаяся спасительная лестница, принимающая на борт потерпевших бедствие в ходе кораблекрушения… Да-с! Или Адмирал Крузенштерн! А что? Тоже неплохо. А этот — Балласт… Ну и ладно. Стоит, глазами хлопает. Ждет, чего я с ним делать буду. Когда пороть, то есть. Совсем запугали беднягу. Вот, думаю: «Мы тебя родного и вылечим». Было одно средство. Я, знаете, давно убедился, лучшее лекарство — это кругосветное плавание. Я, собственно, ходил в кругосветку три раза. Все — по случаям нездоровья. Один раз, ангина, второй — бронхит, а

третий, извините, — несварение желудка. И такой порок был. Но, знаете, после кругосветного плавания, как рукой… Оно и понятно. При огибании земного шара человек мобилизуется: где рифы пройти, где на мель не сесть. Все приходится делать самому. И на мелочи, вроде кашля, внимания не обращаешь. Что кашель!.. Там все стараешься от цинги да малярии уберечься, так что кашель уже вроде удовольствия кажется. Вот так-то.

Ну и решил я парнишку этого с собой взять, тем более, что обо мне что-то долго в газетах не писали. Я за славой особенно не гонюсь. Врожденная скромность. Но забывать-то уважаемых людей тоже нехорошо. Вот и решил я о себе напомнить. Да так напомнил, что многие до сих пор в себя прийти не могут. Компрессы ставят да к грелкам жмутся. У меня тогда как раз и почки что-то пошаливать начали. В общем, самое подходящее время подошло для спортивного кругосветного путешествия. Правда, у меня тогда корабля своего не было. Вы, молодой человек, может, удивитесь такому факту? Такой уважаемый моряк и без корабля? А зря. С кораблем любой тюфяк плавать может. Да и не интересно это. Что моряку нужно? Море! Это и из названия понятно. Хотя«…як» там тоже фигурирует, но к нашему разговору это сейчас не относится. А кораблей в мире столько, что и так уже в море не протолкнуться. Вот приходите, вы батенька, в любой порт, на любую пристань. Что вы видите? Корабли. А порт без кораблей вы где-нибудь видели? Нет? То-то и оно. Можно, конечно, ледокол взять под свое руководство. Но больно хлопотно, да и коли он в Панамский канал не войдет, что делать? Обратно поворачивать? Или Аргентину с торца обходить. А это, почитай, тысяч десять миль вбок. Ну, приказал я пока Балласту у меня располагаться на ночь и морально готовиться к перевоспитанию. А сам начал расчеты делать, как нам получше с корабля на корабль перебираться. На одном корабле любой тюфяк сплавает, это как одному в футбол играть. Как в ворота ни бей — все гол получается. Какой интерес? А футбол — игра командная, здесь все пасы должны быть твердо рассчитаны, чтобы в конце каждого мяч в сетке ворот оказался. Вот и с пересадками так. В общем, набегался я в это вечер, в порту, у знакомой чайки, расписание движения кораблей достал — обоих полушарий на ближайший месяц. Продуктами запасся. Там ведь не на всяком корабле угощать будут. Нам и на баржах плыть придется. А то как же? Мы легких путей не ищем.

Упаковался. Кое-какие инструменты взял — для определения местоположения на поверхности земного шара. Можно, конечно, было и не ложиться. Но я все-таки под утро ненадолго забылся тревожным сном. Ведь у нас на флоте как говорят: «Есть свободная минутка — спи, на вахте пригодится». Да-с.

А утром я просыпаюсь, понимаете, от странного звука. Вроде будильник звонит. Семь раз, как положено. Но звонит только как-то странно, всхрипами какими-то. Ну, встал я, глаза протер, посмотрел на часы — без пяти восемь. Не будильник значит. Начал искать. Поверите ли, молодой человек, с ног сбился, однако не могу найти источник таких странных звуков, никак. Полчаса проискал, а ровно через полчаса слышу такой мощный одиночный всхрап, за спиной. Поворачиваюсь. А там Балласт на кровати лежит. Тут я все и сообразил. Удивился, но сообразил. Оказывается, у моего новоприобретенного помощника внутренние часы очень хорошо развиты. Вы не слышали, молодой человек, про внутренние часы? Напрасно!

Полезная, между тем штука. Это совсем не значит, что у вас ходики или секундомер в области печени или селезенки. Нет. Вот, положим, растения. Кактус, положим. Стоит у вас на подоконнике не тикает, не кукует, однако каждой осенью, как по часам цветет. Правда, про кактус сложно сказать, что цветет, на вид-то: щетка-щеткой, но не об этом речь. Цветет же иногда. И каждый год. Хотя стоит в квартире. Вы, извините, в квартире живете? А-то знаете, некоторые предпочитают в чумах или вигвамах. Так вот, в квартирах — какая осень? Круглый год двадцать пять градусов и дождь ровно по стакану в неделю под корешок. То есть никаких внешних сигналов кактусу цвести не поступает. Какие там сигналы! За окном слякоть, минусовая температура. Тут не всякий цветами покрываться начнет, знаете ли. А дело в том, что он с другого полушария, с южного, где в этот момент самая настоящая весна стоит. Вот кактусу его внутренние часы цвести и подсказывают. Хотя, если б он умнее был, он бы круглый год цвел. В квартире же. Ну, да ладно, его дело.