– Хм, - только и смог отреагировать я. – И сколько?

– Двое. Саша и Дима. 3 и 5 лет соответственно, - лаконично ответила она.

Не знаю, что на меня нашло. Я задал, вероятно, самый глупый вопрос, который можно было задать в данной ситуации:

– Эээ. Ты... счастлива?

Напряженная тишина в салоне длиной в три секунды. Наконец она завела двигатель.

– Давай отъедем, а то середина площади – не лучшее место для парковки.

«Моя подруга» так и не ответила. А у меня не хватило духу повторить вопрос. Хотя.. кто я такой, чтобы требовать ответ?

– Слушай, может, хватит уже? – я вообще-то терпеливый человек, но у всего есть свой предел.

– Хватит что? – невозмутимо отреагировала Лемехова.

– Смотреть на меня вот так. Точнее, глазеть, будто бы я динозавр юрского периода.

Легкая едва заметная усмешка скользнула по ее лицу. Но взгляд она не отвела.

– Не льсти себе. Я внимательно рассматриваю тебя, чтобы найти хоть какие-то отличия в пользу твоей гипотезы.

– И как с продвижением?

Она посмотрела на дорогу, явно задумавшись о чем-то. Откусила от хот-дога небольшой кусочек.

– Отлично, - Екатерина одобрительно посмотрела на блюдо быстрого приготовления и сделал глоток из пластмассового стаканчика. – И кофе хорош.

– Спасибо.

Еще бы. Это же мне пришлось за ними бегать в соседнее кафе.

Лемехова бросила в мою сторону ленивый взгляд.

– Я не про тебя, - кратко отметила она и уточнила: - А про того паренька, который делает это чудо. Постоянно беру у него что-то перекусить.

Я решил не комментировать это.

– Так что же с успехами? – напомнил я ей.

– Я думаю, ты говоришь правду.

Ничего себе!

– Как ты пришла к такому потрясающему выводу?

– Ну... есть некоторые черты, которые не сразу бросаются в глаза. И если ты только не клон или брат-близнец этого говнюка, то, думаю, можно предположить, что ты из другого мира.

Судя по всему, она – правдоискатель до мозга костей. Все-таки мне неудобно, когда так отзываются обо мне, пусть и с другой реальности.

– Это какие такие черты?

Она, не спеша, доела свой хот-дог и вытерла пальцы салфеткой.

– Твои шрамы не играют никакого значения. Они могли появиться и позднее, поскольку мы долго не общались, и я потеряла тебя из виду... визуально... на несколько лет.

– Другими словами, мы не друзья в этой реальности?

Екатерина смотрела на меня несколько секунд, а потом перевела взгляд на трассу.

– Не друзья, - медленно и тихо подтвердила она, сделав из стаканчика еще один глоток. Потом добавила: – Хотя когда-то и были... Хм, далее. Первое, что бросается в глаза, это твой рост. Ты как минимум на пять сантиметров выше меня...

Я скептически посмотрел на ее туфли со шпильками, но промолчал.

– ... в то время как Максим, которого я знаю, практически одинаков со мной по росту. С другой стороны, сложно не заметить твое худощавое строение тела. Фомин более мускулистый и физически развит, а ты выглядишь несколько хило...

– У меня недовес всего десять килограмм, - мрачно заметил я. – Но спасибо и на том.

Девушка подавила приступ смеха, но не смогла скрыть своего удовлетворения. Похоже, ей начинает нравиться доставать меня. Интересно, как бы отреагировал настоящий Максим?

– Это не считая другой прически, одежды – она умолкла на пару секунд, - ... и поведения.

– Почему это последнее слово прозвучало как «нацизм»?

– Ты... демократичен, что ли? Максим выглядит более уверенно в себе, он более жесткий и просто лидер по призванию.

– Слушай, а что с Александром Крапивиным? – внезапно вспомнил я.

Она бросила на меня холодноватый взгляд.

– А что с ним должно быть?

– Не отвечай вопросом на вопрос!

– Можешь подать на меня в суд, - огрызнулась девушка. – Зачем тебе Александр?

М-да. Тяжело с ней придется. Это однозначно не моя Катя.

– Хотел бы с ним увидеться, поговорить. Собственно, к нему я и собирался ранним утром зайти. Но на месте его квартиры не то что квартира, но вообще само здание отсутствует.

Мрачное лицо девушки не добавляло желания общаться, но на безрыбье и рак рыба.

– Строение снесли еще в 2004-м. По приказу предыдущего мэра во время проектирования постройки новой объездной дороги.

Чего она юлит?

– Да это я уже понял. Так что же с Александром?