Вскоре мы встретились в издательстве: в военном кителе с генеральскими погонами и с Золотой Звездой на груди, с худощавым, симпатичным лицом Павел Порфирьевич и в штатском, сером костюме, с орденскими планками, в очках, седовласый Мовлид Алироевич.

Что их привело ко мне? Оказывается, П. Брикель написал книгу воспоминаний в форме документальной повести, однако Москва не берется издавать, так как подобной литературы очень много. Были серьезные ограничения на издание мемуаров и для местных издательств. Не взялись за рукопись и ростовские издатели. И решил помочь ему в этом деле Мовлид.

Воспоминания П. Брикеля относились к категории рукописей, которые мы тоже не имели права издавать, тем более, что в ней не было совсем материала о Чечено-Ингушетии. Я предложил Павлу Порфирьевичу: так как он лично знал по войне многих чеченцев и ингушей, написать о них отдельную главу в будущей книге, тогда я постараюсь помочь ему. Автор согласился с таким предложением и попросил меня написать к книге предисловие. Мне не стоило большого труда написать его, но я высказал мысль, что найдутся люди, которые неправильно истолкуют это (а таких людей, которые писали по какому угодно поводу анонимки в высокие инстанции, тогда было очень много), истолкуют как злоупотребление служебным положением. И все-таки по настоянию гостей я дал согласие написать небольшое предисловие к книге. Что скрывать, было и приятно предпослать несколько слов к книге известного военачальника. На том мы разошлись. Через некоторое время я получил небольшое письмо от П. Брикеля. Он писал:

«Глубокоуважаемый Юша Ахъядович! Убедительно прошу Вас ответить мне на следующие вопросы:

1. Ознакомились ли Вы с моей рукописью документальной повести «Последний рейд»? Если ознакомились, то какова Ваша оценка? Пригодна ли она вообще к напечатанию? Если пригодна, то подлежит ли что-то изменению и исправлению?

2. Имеются ли какие-либо возможности издать ее в 1982 году, к годовщине вашей республики? Что надо для этого сделать?

Так как Вы любезно согласились написать предисловие к этой повести, то я при сем прилагаю краткие биографические данные об авторе».

К тому времени я уже работал в редакции республиканской газеты «Ленинан некъ», но продолжал оказывать помощь в издании книги. В одно время П. Брикелю показалось, что ничего у нас не получится, о чем свидетельствовала его приписка в открытке — поздравлении в связи с первомайским праздником. Он писал: «Рукопись “Последний рейд” я поручил Мовлиду забрать как непригодную и переслать мне. 10. 04. 82. П. Брикель».

С таким вариантом мы с Мовлидом не согласились, и работа, сказать прямо, борьба за издание книги продолжилась. В рукописи появилась новая глава, посвященная воинам из Чечено-Ингушетии, в целом она выглядела уже лучше. Что касается предисловия, то я все-таки настоял на том, что будет лучше, если его напишет человек, который хорошо знает автора. Таким человеком оказался бывший офицер 3-го кавалерийского корпуса, доктор исторических наук, профессор М. А. Варшавчик. В итоге книга увидела свет в 1983 году.

Павел Порфирьевич очень торопился с изданием книги, хотел, что бы, пока живы его боевые друзья, прочитали о себе повесть. Хотелось увидеть свое творение и самому. Но, как часто бывает в жизни, буквально за несколько дней до выхода тиража из печати он скончался от обширного инфаркта миокарда. В начале 1983 года я получил написанную рукой Павла Порфирьевича открытку, но с коротким письмом его супруги. Мария Павловна сообщала, что муж написал заранее всем друзьям поздравительные открытки, но разослать их не успел. Так закончился жизненный путь одного из замечательных героев и полководцев отечественной войны.

Павел Порфирьевич был очень интересным собеседником, он глубоко знал жизнь. Он часто бывал у Мовлида Висаитова, и каждый раз мы встречались то дома у Мовлида, то на прудах рыбхоза «Куларинский», где Мовлид работал директором, то в редакции газеты. С большой любовью рассказывал о ратных подвигах Ханпаши Нурадилова, своего друга Мовлида и многих других. Кроме того, он пропагандировал их в рассказах, в публицистических статьях.

П. Брикель прожил богатую жизнь. Сын бедняка из украинского села Великая Рублевка, что в Полтавской области, он рано познал, что такое борьба за хлеб. Шестнадцатилетним юношей в 1920 г. добровольцем попал в Первую Конную армию и прослужил от красноармейца до генерала — командира кавалерийской дивизии. В Великой Отечественной участвовал с пяти часов утра 22 июня 1941 года до 9 мая 1945 года и от Раввы-Русской на западной границе дошел до Эльбы, где встретился с союзниками — войсками США.

Павел Порфирьевич был умным рассказчиком. Его наблюдения, мысли были очень жизненны, он хорошо владел слогом. И если бы не военная карьера, наверняка, стал бы писателем. Запомнились его рассказы о голоде на Украине в 1933 году, о так называемом раскулачивании, репрессиях 37-го года, многом другом. Еще в 30-е годы он начал печатать публицистические статьи в центральных и местных газетах. Читателям газеты «Грозненский рабочий» хорошо запомнился рассказ П. Брикеля «Шолоховский скакун», опубликованный в феврале 1964 г. Это было его первое литературное произведение. Затем пошли рассказы «В степи», повесть «На Эльбе». Хочется отметить постоянную связь Павла Порфирьевича с литераторами Чечено-Ингушетии. Он рецензировал многие книги, писал к ним вступительные статьи. («От Терека до Эльбы» М. Висаитова, «Раненая анкета» З. Муталибова, «Огненный, огненный конь» А. Горлова и другие).

Дружбе М. Висаитова и П. Бригеля можно было по-хорошему завидовать. У них была большая привязанность друг к другу. Павел Порфирьевич любил подчеркивать в Мовлиде такие черты, как мужество, верность, преданность Родине, интернационализм. В свое время много усилий приложил, добиваясь присвоения ему звания Героя Советского Союза. Но эта достойная награда шла к Мовлиду целых 45 лет. Отказывали только потому, что он был чеченцем по национальности и народ его выселен поголовно в Казахстан и Среднюю Азию. И уже в 1990 г. Золотая Звезда Героя была посмертно вручена семье М. Висаитова.