Совершенно новая ситуация на Северном Кавказе сложилась в условиях неудач Красной армии в ходе весенне-летней кампании

1942 г., когда противнику удалось вплотную приблизиться к Кавказу.

Академик А. М. Самсонов справедливо отмечал, что главными причинами неудач этого периода на фронте были не столько объективные, сколько субъективные причины. Сталин посчитал, что в ходе весенне-летней кампании 1942 г. враг вновь нанесет главный удар на западном направлении, как это было в 1941 г., с учетом этого были размещены и резервы Красной армии. Стратегической же задачей гитлеровского командования на 1942 год было широкомасштабное наступление на юго-западном направлении с целью прорыва обороны Красной армии и овладения нижней Волгой и Кавказом.

30 августа 1942 г. в печати Чечено-Ингушетии появилось принятое накануне обращение обкома ВКП (б), СНК республики, Грозненского горкома партии и городского Совета депутатов трудящихся ко всем трудящимся Грозного и Чечено-Ингушетии с призывом: «Трудящиеся, поднимайтесь на защиту города Грозного! Опоящем наш город стеной неприступных оборонительных рубежей…».

Непосредственная угроза, нависшая над родным городом и независимостью народов, мобилизовали трудящихся республики на строительство оборонительных сооружений на Тереке и подступах к Грозному. Общая численность участников этих работ составляла свыше 40 тысяч человек.

Большая помощь была оказана населением Чечено-Ингушетии военному командованию в строительстве и ремонте дорог.

Наступление противника на Северном Кавказе продолжалось. Создалась реальная угроза прорыва вражеских танковых групп к Грозному, Туапсе и Новороссийску. По приказу Ставки Верховного главнокомандования были приняты все меры для создания сплошного фронта обороны на рубеже рек Терек и Баксан.

Власти национальных автономий Северного Кавказа мобилизовали практически все население своих республик и областей на строительство оборонительных сооружений.

В эти дни Ставка Верховного главнокомандования принимала все возможные меры по наращиванию помощи Кавказу. В связи с блокированием противником основных транспортных артерий, переброска военных подкреплений и материальных ресурсов осуществлялась морским путем через Астрахань и Махачкалу.

Несмотря на все прилагавшиеся усилия, удар немцев был столь стремителен, что в начале сентября противнику удалось форсировать Терек и после двухнедельных боев захватить Малгобек. Отсюда они предполагали начать наступление на Грозный, а затем на Махачкалу и Баку. Оборонительная операция советских войск по линии Моздок — Малгобек сыграла существенную роль в срыве планов противника по захвату Грозненского и Бакинского нефтяных районов.

В те трагические дни пожарные команды Грозного, готовившиеся к возможному его захвату противником, залили нефтью 28 километров противотанковых рвов, пропитали нефтью 9 километров соломенного вала, залили нефтью места проходов танков общей площадью один миллион квадратных метров.

За самоотверженный труд многие трудармейцы были удостоены правительственных наград. Около тысячи человек были награждены почетными грамотами Президиума Верховного Совета ЧИ АССР. Тысячи активных участников строительства оборонительных рубежей были награждены медалью «За оборону Кавказа».

Высоких правительственных наград были удостоены также многие представители чеченского и ингушского народов, которые сражались на различных участках фронта. Так, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 апреля 1943 г. чеченец Ханпаша Нурадилов, уничтоживший 920 немецких фашистов, посмертно был удостоен звания Героя Советского Союза. По мнению военного историка Х.-М. Ибрагимбейли, всего в годы Великой Отечественной войны 36 воинам — чеченцам и ингушам — было присвоено звание Героя Советского Союза. Но есть и другие данные о численности Героев Советского Союза из числа чеченцев и ингушей. Например, И. П. Рыбкин, будучи секретарем Совета Безопасности РФ, отмечал, что «к концу войны было 56 Героев Советского Союза. Это только среди тех, кто говорил: «я — чеченец, я — ингуш». Но были и чеченцы, которые, чтобы получить высокое звание Героя, называли совсем другую национальность».

В последующие годы, с учетом принятых в 1943–1944 гг. политических решений о судьбах ряда народов Северного Кавказа, стало вдруг «немодным» и даже опасным вслух говорить о тех страницах истории войны, в которых горские народы представали активными участниками антигитлеровского сопротивления.

Так, долгое время умалчивалась героическая роль, которую наряду с представителями других народов сыграли чеченцы и ингуши в обороне Брестской крепости. Лишь благодаря большой поисковой работе, проведенной писателем Халидом Ошаевым, а также историками-краеведами, работниками музея Брестской крепости П. И. Королевым, М. И. Глязером, И. И. Караваевым и другими удалось установить, что в обороне крепости принимали участие не менее 240 чеченцев и ингушей.

Что же касается территории Чечено-Ингушской АССР, то за исключением оккупации города Малгобека и нескольких станиц, она не была захвачена врагом. Никаких антисоветских, буржуазно-националистических воинских формирований, легионов или организаций из чеченцев и ингушей не создавалось, как не было и восстаний, о которых распространяли слухи бериевские палачи. Чеченцы и ингуши никогда не стали бы верноподданными германского рейха, потому что тираническая власть противоречит самой природе вайнахов.