Шрифт:
— Угу, эхмм. Картопля ужо сварилась?
Вебмастер Тешило скрипнул клыками и болезненно отвел льдистый взор. Локтем правой конечности он пытался прикрыть горшок с волшебными корнеплодами, а также початую реторту с таинственной надписью «Жигулевское». Но — тщетно. Ничто съедобное не укроется от взгляда вечно голодного паяца. Икая и порыгивая, мимоходом стряхивая с плеч разноцветные женские волосы (кто знает, скольких он замучил сегодня?), Мстиславище ринулся к столу:
— Срочно жрем весь хавчик, прежде чем подгребет Вещий Лисей, драть его!!!
Бисер тщетно надеялся на столь удачный сценарий. На свете есть два существа, которые всюду появляются некстати. И притом никогда не опаздывают. Первое существо — это старушка Смерть. А второе — молодой князь Лисей Вещий.
Болезненно, будто сломанной челюстью, хрустнул дверной замок. Дверь медленно поплыла вперед, впуская в комнату густо-черную полоску темноты из стынущих сеней. Вместе с темнотой внутрь просочилось существо в изящных одеяниях цвета полночного одиночества. Повеяло мертвящей прохладой. Нехорошо щелкнули бледные пальцы, колко блеснули слюдяные чешуйки на глазах вещего князя. Призрачно прозвучал голос, будто просипело из трещины в заиндевевшей могильной плите:
— Картош-ш-шка… Вкус-с-сно… Вес-с-сьмакс-с-стат-ти…
О скользкий взгляд… Будто кусочки льда катаются в масле. Вы узнали этого выродка, этого Кащея со светлым челом, этого Цезаря с тонкими пальцами безжалостного вивисектора.
Первое время никто не считал его Вещим. Нескладный иностранчик, тощий выродок, болезненный племянник последнего базилевса, поселившийся в городке Вышграде на «диком востоке» Залесья у самого края Вельей Челюсти, — кому он угрожает?! Тогда, в самом начале, любой соседний властитель мог отутюжить игрушечное Вышградское княжество тремя дюжинами конных латников. Но — никто из «больших князей» не удосужился раздавить гусеницу, прежде чем из черной куколки выполз стальной птеродактиль с близорукими глазами и повадками интеллигентного аллигатора.
Интриги и дипломатические козни — вот обоюдоострое оружие вещего негодяя. Расставив капканы и, заготовив побольше яду, венценосный интриган Лисей начал разыгрывать свой звездный дебют. Стремительно, изящно отбирал у соседей фигуру за фигурой: все новые заставы и крепости переходили под его контроль. Здесь — аннексия, там — провокация… Амбициозный иноземец, импортировавший на Русь чуждую культуру, он понаставил всюду греческие фонари, развесил хоругви и тяжелые пыльные знамена. Безжалостно разогнал волхвов, выжег на корню андеграундную субкультуру мелкой нечисти — домовых, банников, овинников…
Наконец молодой властолюбец снял со стены свой черно-белый щит с желтой геральдической лисицей и вышел на высокое перено-крыльцо, дабы вступить в гремящее стремя войны. Да, это был базиликанский блицкриг на многострадальной славянской земле. Никто из князей-соседей не успевал даже обернуться на звон иноземных тетив, спущенных в спину. К вечеру первого дня Лисей Вышградский захватил крепкое Опорье и процветающий Жиробрег. Затем присоединил древнее городище Глыбозеро вместе с дюжиной жирных селений, включая знаменитую Стожарову Хату. Всего за неделю территория некогда третьестепенного Вышградского княжества увеличилась почти вдесятеро!
И все же главный экзамен на подлость князь Лисей успешно сдал в тот исторический момент, когда на Русь явился уже упомянутый выше легендарный освободитель, молодой реформатор, перспективный восточный политик — Чурила [7] .
Многие залесские князья, не разобравшись в истинных предпосылках событий, сгоряча выступили против этого миротворца из Утробной Монголии. А что же хитрый Лисей? Он… напротив, притворился союзником Чурилы! Сделал вид, будто подключился к военной инициативе Востока: армия Лисея выступила в фарватере гуманитарной операции хана Кумбала, одного из лучших военачальников Чурилы. Греческие катафракты в полном вооружении проследовали вслед за восточной армией на город Властов. Однако… это был лишь отвлекающий маневр хитроумного грека! В тот момент, когда ничего не подозревающие миротворцы Чурилы в поте лица наводили порядок в очередной славянской деревне, Вещий Лисей… нанес им страшный удар в спину.
7
Примечание Маринки Потравницы: Этот талантливый азиатский полководец пришел во главе небольшого миротворческого контингента (по просьбе славянской общественности, стонущей от притеснений Стожара, Мокоши и прочих местных деспотов).
Брутальная, чрезвычайно кровавая военная операция была проведена с использованием редчайшего антигуманного оружия, известного под названием «пороки железныя». Напомню, что сие древнее изобретение горских мастеров запрещено Млетокской, Новотройской, Пожонь-Мазовской и другими международными конвенциями. Вы спросите, где Лисей умудрился раздобыть упомянутое оружие массового поражения? Оказывается, в режиме тотальной секретности он снюхался с ренегадским, реакционным режимом Алыберии (в этой стране до сих пор сохраняется единоличная диктатура жестокого царька-узурпатора Леванида Зиждителя). В обмен на торговые льготы Леванид отправил князю Лисею сразу три железные катапульты.
Страшный груз был спрятан в трюмах крупных лодий, перевозивший ковры и специи. Разумеется, вольные речные разбойники, эти благородные борцы за социальную справедливость, пытались дерзко перехватить алыберский караван. Но бессердечный князь Лисей кроваво расправился с речной вольницей, развернув масштабную карательную операцию на Влаге и Керженце. Волна казней прокатилась по Залесью. Десятки отважных робингудов были четвертованы, расстреляны, посажены на кол. И вот — катапульты в руках коварного грека Лисея. Увы: его холодный палец не дрогнул на кнопке «Пуск». Ничего не подозревавшие миротворцы Кумбал-хана были уничтожены за несколько минут. Гордые паладины Чурилы, цвет восточного рыцарства, — они погибли все. Князь Лисей подло напал на них ночью.