Полковник поднялся, все еще стройный, как юноша, и начал с того, что поблагодарил всех за добрые пожелания. Затем он напомнил присутствующим, что, когда он присоединился к мистеру Трумперу и мисс Сэлмон в 1920 году, они располагали всего одним магазином на Челси-террас, под номером 147. Он торговал фруктами и овощами, и приобрели они его за «баснословную» цену в сто фунтов. Окинув взглядом столы, Чарли мог видеть, что многие из его молодых сотрудников, а также Дэниел, впервые вылезший из коротких штанишек, просто не верят старому солдату.

— Теперь, — продолжал полковник, — у нас двадцать четыре магазина со штатом в сто семьдесят два человека. Я говорил жене все эти годы, что хочу дожить до тех времен, когда Чарли… — по залу пронесся смешок, — …когда мистер Трумпер станет хозяином всего квартала и построит свой «самый крупный лоток в мире». Сейчас я уверен, что доживу. — И, повернувшись к Чарли, он поднял свой бокал и произнес: — Желаю вам удачи, сэр.

Зал рукоплескал, когда он в последний раз садился на место председателя.

Чарли встал, чтобы ответить.

— Председатель, — начал он, — пусть никто не думает, что Бекки и я смогли бы создать такое дело, каким оно является сейчас, без вашего участия и вашей поддержки. На самом деле, по правде говоря, мы бы не смогли купить ни второй, ни третий магазины. Я горжусь тем, что становлюсь председателем после вас, и, принимая ответственные решения, всегда буду представлять, что рядом стоите вы. Последнее предложение, которое вы внесли, будучи председателем компании, завтра вступит в силу. Том Арнольд станет управляющим директором, а Нед Деннинг и Боб Макинз войдут в состав правления. Потому что в компании Трумпера всегда будет принято выдвигать руководящие кадры из своих людей.

Вы являетесь новым поколением, — произнес Чарли, глядя в зал на сотрудников, — и это первый случай, когда мы собрались все вместе под одной крышей. Так давайте сегодня вечером определим дату, когда все мы начнем работать под одной крышей у Трумпера на Челси-террас. Я называю вам эту дату — 1940 год.

Все как один встали и, скандируя «1940-й», приветствовали своего нового председателя.

Полковник поднялся со своего места и пригласил Бекки на вальс. Они были первыми, кто вышел танцевать.

— Вы помните, когда первый раз пригласили меня на танец? — спросила Бекки.

— Конечно, помню, — сказал полковник. — И, говоря словами Гарди, «это стало еще одной прекрасной заварушкой, в которую вы втравили нас».

— Это он виноват, — кивнула она на Чарли, проплывавшего мимо в танце с Элизабет Гамильтон.

Полковник улыбнулся.

— Какую речь произнесут, когда в отставку будет уходить Чарли, — произнес он с тоской. — Не могу представить, кто осмелится стать председателем после него.

— Женщина, наверное.

Серебряный юбилей короля Георга V и королевы Марии в 1935 году отмечала вся компания Трумпера. Витрина каждого магазина украшалась изображениями королевской четы, и Том Арнольд даже следил за тем, кто проявит при этом максимум фантазии.

Чарли взял под свою ответственность 147-й магазин, который он по-прежнему считал своей вотчиной, и с помощью дочери Боба Макинза, обучавшейся на первом курсе художественного училища, сложил из фруктов и овощей фигуры короля с королевой, возвышающиеся над Британской империей.

Чарли просто позеленел от обиды, когда жюри в составе полковника и маркиза с маркизой Уилтширскими присудило 147-му магазину второе место, отдав предпочтение цветочной лавке, где нарасхват шли букеты красных, белых и синих хризантем. А вывела их на первое место громадная карта мира из цветов, в центре которой алыми розами была выложена Британская империя.

Чарли предоставил сотрудникам выходной день и в четыре тридцать утра повел Бекки с Дэниелом на аллею Молл Сент-Джеймс парка, чтобы заранее найти место, с которого можно было бы наблюдать, как король с королевой проследуют из Букингемского дворца в собор Святого Павла, где будет проходить благодарственный молебен.

Но, прибыв на Молл, они обнаружили, что тысячи людей, раскинув свои спальные мешки, одеяла и даже палатки, уже занимали каждый дюйм мостовой, деловито поглощая свои завтраки или просто дожидаясь начала выхода.

За разговорами с людьми, приехавшими из самых разных концов империи, быстро пролетели часы ожидания. И, когда наконец началась церемония, Дэниел с раскрытым ртом смотрел, как мимо них проходят солдаты из Индии, Африки, Австралии, Канады и тридцати шести других армий. Карету с королем и королевой Чарли встречал по стойке «смирно», сняв шляпу. То же самое он повторил, когда, исполняя гимн полка, мимо прошли королевские фузилеры. Когда процессия исчезла из виду, он позавидовал Дафни и Перси, которые были приглашены на службу в соборе Святого Павла.