— Кристиан Ван дер Мей ждет нас через два дня, в собственном доме. Он нездоров, но настаивает, чтобы вы обязательно присутствовали на встрече.

Произнося эти слова, Мидволд смотрел не на Беатрикс, а на отбивную, и смотрел с удовольствием.

— Мне показалось, вы сказали о необходимости моего присутствия каким-то неуверенным голосом, — заметила девушка.

— Не показалось. Помню о ваших подвигах с плакатами. И хотел бы попросить вас на встрече с Ван дер Меем держать себя в руках, мисс Робинсон.

— Это будет зависеть от того, как поведет себя этот обманщик.

— Да бросьте, мисс! Сразу и обманщик, — произнес Мидволд, отрезая ножом кусочек мяса. — Не стоит с ходу навешивать ярлыки. А нервы следует беречь — и свои, и чужие. Или можно оказаться в смешном положении.

— Вы считаете, что с непорядочными типами, жуликами и прохвостами, которые не желают считаться с другими людьми, нужно обращаться бережно и всячески выказывать им свое уважение? — выпалила Беатрикс. — Но я с этим не согласна.

— Имеете право, — проговорил Мидволд, заканчивая есть мясо. — Говорю вам как адвокат.

Тарелки убрали, официант принес кофе, поставил корзиночку с птифурами и эклерами. Беатрикс взяла крошечный шоколадный эклер и с удовольствием съела. Потом с явным удовольствием потерев ладонью живот, сообщила:

— Замечательный ланч. К сожалению, я должна покинуть вас, мистер Мидволд. Время моего перерыва закончилось. Попросите, пожалуйста, отдельные счета.

— Да ни за что.

— Ведь мы же договорились!

— Ни до чего мы не договорились, — проговорил Мидволд.

— Но я действительно хочу заплатить за свой ланч самостоятельно.

— Хотеть-то вы хотите, — процедил он, — но не мешало бы вам подумать и о моей репутации.

Беатрикс вытаращила на него глаза.

— А при чем здесь ваша репутация? Не понимаю.

— Дело в том, что не в моей привычке позволять гостям платить, если я приглашаю их обедать. И тем более женщинам.

Интонация его голоса была очень серьезная. Правда, глаза откровенно смеялись.

Беатрикс призадумалась.

— Во-первых, я вовсе не подхожу под категорию гостя.

— Однако это я вас пригласил.

В знак протеста она подняла руку.

— Во-вторых, после моих нападок и упреков у вас не оставалось иного выхода.

— Ну и что? Я тоже вам небольшой выбор предоставил.

— А в-третьих, я…

— Не женщина?

Беатрикс сжала зубы: с ним невозможно спорить!

— Не хочу в чем-либо быть вам обязанной!

— Смотрите-ка! — проговорил Корнелиус Мидволд. — Мне сегодняшний ланч пришелся по вкусу больше чем обычно. А все благодаря вам, мисс Робинсон. Поэтому уж разрешите сделать такую маленькую любезность и заплатить за вас.

— Вам действительно понравился ланч?

— Даю честное слово!

— И чем же?

— Вы — девушка-сюрприз.

— Звучит как название трюка в цирковом представлении, — сказала она и поднялась из-за стола.

Он засмеялся.

— Нет. Вы скорее не из цирка, а из вестерна — оттуда, где стреляют с бедра лихие парни. С вами легко.

Выражение его лица изменилось, будто он внезапно осознал нечто новое для себя.

— И все, никаких споров! За ланч плачу я!

Девушка посмотрела на большую фигуру адвоката и мгновенно испытала странное, ошеломляющее чувство, у нее даже дыхание перехватило. Неужели можно влюбиться во время ланча?

Беатрикс никак не могла заснуть. Было около двух часов ночи, когда она вылезла из постели, сунула ноги в любимые розовые тапочки, прошлепала на кухню и заварила себе чай. Сидя над дымящейся чашкой, девушка принялась обдумывать события, произошедшие с ней днем.

Как могло случиться, что вторая — всего лишь вторая встреча с адвокатом! — заставила испытать ее чувство влюбленности? Разве так бывает? Ведь должен же быть хоть какой-то повод для того, чтобы человек понравился… И что теперь делать? Боже мой, когда они вышли из ресторана, он, галантно обратившись к ней, спросил, где припаркована ее машина, она даже дар речи потеряла! Словно дурочка, махнула рукой в сторону автостоянки, а в горле пересохло.

Присутствие Мидволда возбуждало, будоражило, напрягало ее нервы. Она вспомнила, как подвел ее адвокат, у которого в глазах стояло выражение сытого тюленя, к обшарпанной дешевой «тойоте»! Словно сопровождал к лимузину кинозвезду… Почти невесомо поддерживая ее локоть сильной рукой, предупредительно открывая дверцу и говоря приятные слова своим низким спокойным голосом.

Почему, почему ей было так хорошо, так приятно? Неужели все девушки испытывают такие же чувства, попадая под обаяние этого человека? Конечно. Все именно так и происходит! Бедняги тоже слабеют, теряют голову, мычат что-то невразумительное в ответ пересохшим от смущения горлом. Она, Беатрикс, просто одна из этих многочисленных дурочек, это точно.