Однако у Хохлова уже были другие планы. Он решил, что не может заниматься организацией убийства Околовича, «скромного, честного человека, живущего не для себя, а ради идеи». Его жена Яна поддержала его решение. «Если этого человека убьют, ты будешь убийцей. Я не могу быть женой убийцы», — сказала она ему.

По поддельному паспорту офицер добрался до Франкфурта и направился прямо в квартиру Околовича. В своих воспоминаниях «Во имя совести», опубликованных по-английски в 1959 году, Хохлов описывает последовавшую странную сцену.

Присев на диван Околовича, Хохлов объявил: «Я приехал к вам из Москвы. Центральный комитет Коммунистической партии приказал вас уничтожить. Убийство поручено моей группе… Я не могу допустить, чтобы оно произошло».

Хохлов пишет, что никогда не собирался бежать, а хотел присоединиться к революционерам-антисоветчикам, которые, как он думал, смогут тайно вывезти его жену и ребенка из Москвы. Вместо этого Околович вывел его на ЦРУ, и вскоре Хохлов оказался вовлечен в смертельную игру «око за око» времен холодной войны. После похищения другого руководителя НТС от него потребовали публично заявить о том, что он переметнулся на другую сторону. Сначала Хохлов отказался, указав, что его жена и сын в Москве в ответ на это почти наверняка будут убиты.

Его контакт в МИ-6 не слишком его обнадежил: «Мы не можем их спасти», — сказал он, добавив, что «их жертва не должна быть напрасной».

Под сильнейшим давлением Хохлов согласился — с условием, что его семья получит убежище в американском посольстве. 21 апреля 1954 года в американской дипмиссии в Бонне Хохлов выступил перед мировой прессой с заявлением о своем бегстве и обратился с эмоциональным призывом сделать все для безопасности его семьи.

На следующий день после пресс-конференции Яну арестовали и отправили в Лефортово. Ее судили по гражданским, а не военным законам и приговорили к пяти годам ссылки.

В начале 1960-х годов Хохлову, который к тому времени жил в США, посоветовали развестись с женой, мотивируя это тем, что если она больше не будет женой врага государства, ей и их сыну позволят перебраться поближе к Москве. В 1963 году Хохлов женился второй раз.

Только спустя 37 лет Яна и Николай Хохлов смогли восстановить отношения. Яна так и не вышла больше замуж и поселилась в Иваново — промышленном городе в нескольких сотнях миль от Москвы.

Бывший офицер КГБ стал заметной фигурой в антикоммунистических околонаучных кругах, но его начальник из МИ-6 предупредил его, что Запад и СССР отвечают «ударом на удар». Когда это случилось, советский контрудар был стандартным и жестоким.

В сентябре 1957 года Хохлов приехал на конференцию антисоветских активистов в Палменгартен, во Франкфурт. В последний день конференции он выступил с короткой речью, а затем вышел на веранду освежиться. Кто-то протянул ему чашку кофе, которую он не просил.

Кофе имел нормальный вкус, но по каким-то причинам в его подсознании отложилось, что он выпил только полчашки. После конференции он стал чувствовать себя отчаянно усталым. «Я почувствовал странную тяжесть в желудке и на сердце», — писал он впоследствии. Его начало страшно трясти, и он потерял сознание.

Друзья, в том числе Георгий Околович, немедленно доставили его в больницу, где был поставлен диагноз острого пищевого отравления. Его состояние ухудшалось, лицо покрылось черными, коричневыми и синими буграми, из глаз выделялась липкая жидкость, а волосы выпадали клочьями. Кровь в его жилах превращалась в плазму, а кости разрушались. Постепенно на свет вышла правда. «В мире есть силы, которым было бы выгодно отравить меня», — сказал он потрясенным врачам.

Его перевели в американский военный госпиталь, где шесть докторов работали круглосуточно, пытаясь спасти ему жизнь с помощью переливания крови и массированных инъекций стероидов, кортизона и витаминов. Один из врачей установил, что его отравили таллием, но добавил: «Про таллий не было известно, чтобы он разрушал кровеносную систему. Здесь есть что-то еще. Мы узнаем, что именно, когда будем производить вскрытие». Но Хохлов, которому тогда было 35 лет, не умер. «Врачи сказали мне: «Мы не знаем, почему ты выжил», — говорит он сегодня. — Я верующий человек. Кое-кто там, наверху, кое-что может сделать».

Через шесть недель ему разрешили покинуть госпиталь. Он очень ослабел, но был жив. Спустя несколько месяцев ведущий токсиколог Нью-Йорка получил данные его анализов и пришел к выводу, что его отравили радиоактивным таллием. Металл был подвергнут высоким дозам радиации и добавлен в кофе. Попав в организм, он прожег слизистую желудка и попал в кровоток. К тому времени, как начали проявляться симптомы, таллий уже полностью распался. «Создатели яда знали, что при вскрытии не будет обнаружено никаких следов», — написал Хохлов. Убийцы из 13-го департамента КГБ разработали идеальный яд.

Позднее Хохлов получил ученую степень в области клинической и экспериментальной психологии и начал новую жизнь в качестве профессора Калифорнийского университета. В 1992 году он получил полное прощение от российского президента Бориса Ельцина. В том же году он вышел на пенсию и впервые за многие годы побывал в России.

Убийство Александра Литвиненко доказывает, что, несмотря на все перемены, случившиеся в России за последние полвека, некоторые вещи едва ли изменились.