— Я не устала, — сказала я. — Ни капельки.

— Великолепно. Тогда пойдем. Я попросила клерка заменить меня в агентстве на целый день, поэтому мы можем провести весь день вместе. Вот это — столовая, она маленькая, но вполне приятная. Сегодня мы возьмем лодку и поедем вверх по реке к Черинг Кросс, а затем — кэбом на Оксфорд стрит, чтобы сделать кое-какие покупки. Тебе понадобятся обувь и нижнее белье, одно-два готовых платья и костюм, чтобы как-то пережить это время, пока мой портной сошьет для тебя хорошие вещи. Теперь сюда — здесь у нас гостиная, из нее открывается вид в сад…

Моя новая подруга радостно щебетала и водила меня по дому, и я отвечала ей так, что удивлялась сама себе. Мне пришло в голову, что я много лет не говорила ни с одной женщиной, и эта подавленная потребность проявилась теперь в присутствии этой добросердечной и благородной леди.

В сравнении с Диаболо-Холлом дом был крошечным, но в сравнении с «Кейси» он был огромным. Он понравился мне с первого взгляда. Кухня была хорошо обустроена и вычищена, и я решила, что вполне справлюсь со своими обязанностями; по крайней мере, я собиралась попрактиковаться в кулинарии с помощью кулинарной книги.

Маленький сад, обнесенный стеной, был восхитителен, Лайза сказала, что сама ухаживала за ним. На первом этаже были три комнаты и ванная, совмещенная с туалетом. Одна комната была офисом, две другие — спальни брата Лайзы и Сэма Редвинга на тот период, когда он бывал в Англии. На верхнем этаже расположение комнат было аналогичным, только имелась еще одна ванная и еще один туалет.

— Мы здесь кое-что перестроили, когда въехали в этот дом десять лет тому назад, — говорила Лайза. — Делить ванную с мужчиной, если ты не замужем за ним, крайне неудобно. Маленькая комната — мой кабинет и комната для шитья; хотя, Бог ведает, зачем мне комната для шитья: я почти не шью. Рядом — моя спальня. Мне приходится подниматься на лишний пролет лестницы, но это гораздо лучше, учитывая, что мужчины не будут ходить мимо твоих дверей. Кроме того, вид сверху гораздо лучше.

И это была правда. Из окна я видела купол собора святого Павла, знаменитые двойные башни Тауэр-бридж, силуэт большого Лондона. Спальня Лайзы была милой и без претензий, как и она сама. Напротив была еще одна спальня, просто, но со вкусом обставленная, и именно она предназначалась для меня. Мой чемодан стоял возле туалетного столика, там его поставила Эми.

— Надеюсь, что тебе здесь будет удобно, — сказала Лайза.

Я выглянула в окно и увидела внизу реку. Сердце мое запело.

О, Габнор: кто бы мог предсказать, что меня ждет такая удача? Теперь для меня эта леди — почти как твоя Мэй, милый человек с горячим сердцем. Теперь я начинаю здесь новую жизнь без страха, что кто-то когда-нибудь раскроет мою тайну, и не в качестве посудомойки и горничной, а в качестве друга семьи…

— Прошу тебя, Лайза, попроси однажды Сэма описать тебе каюту «Кейси». Тогда тебе станет совершенно понятно, насколько мне удобно в этой замечательной, красивой комнате.

— Хорошо. А теперь сними-ка шляпу и дай мне взглянуть на тебя. Гм-м. Да. Когда через несколько недель твои волосы отрастут, а лицо побледнеет, ты будешь совершенная красавица. Это, конечно, несправедливо по отношению к старой деве вроде меня, но это ерунда. Я теперь вышла из возраста зависти и буду наслаждаться, когда мужчины станут ухаживать за тобой.

— О, нет! — быстро ответила я. — Я… мне… мне не нужно ничего подобного.

Несколько мгновений она смотрела на меня с любопытством — и, похоже, собиралась задать вопрос — но затем передумала и нежно потрепала меня по щеке.

— Хорошо, милая. Если хочешь держать мужчин на расстоянии, предоставь это Лайзе. А теперь у нас есть полчаса на то, чтобы обустроиться, умыться и привести себя в порядок. Затем мы с тобой поедем на пристань. Между прочим, и этот экипаж — не наш; я наняла его на сегодня, чтобы произвести впечатление на сестру Клэр. Ты уверена, что не слишком устала для поездки в город?

Я вспомнила о тысячах часов, которые я простояла на палубе «Кейси» ночью и днем; о борьбе с мокрыми парусами под пронзительным ветром; о том, как разгружала и загружала по две тонны груза; о всей своей жизни, которую можно было бы назвать борьбой за выживание.

— Нет, Лайза, — сказала я и улыбнулась. — Я уверена, что не устала и не устану.

— Очень хорошо, дорогая. Думаю, ты найдешь все, что нужно, в ванной. Если понадобится еще что-нибудь — позови. В кране есть горячая вода. У нас внизу бойлер.

И она оставила меня, а я пошла в ванную помыться и привести себя в порядок. У меня не было лучшего платья, поэтому я распаковала и убрала одежду и свои скромные пожитки в шкаф и комод. Немного времени спустя я решила постучать в дверь Лайзы и сказать, что я готова. Но, проходя по коридору, я услышала, как открылась и закрылась дверь. Я ожидала, что это — Эми, поэтому была смущена, когда послышался мужской голос:

— Лайза, ты наверху? Почему ты сегодня дома?

Что-то было в этом голосе такое, что заставило меня напрячься и встревожиться, несмотря на то, что то был приятный мужской голос без намека на дурное расположение духа. Я поняла, что этот человек не мог быть никем иным, как братом Лайзы, который, вероятно, находился на первом этаже. В какой-то момент я еще, крайне смущенная, сомневалась, а затем подошла к лестнице и взглянула вниз. Он стоял внизу, глядя вверх и поставив ногу на нижнюю ступень, и как только я увидела его лицо, пол покачнулся у меня под ногами, будто палуба «Кейси» во время шторма.