Если постоянно волноваться из-за того, что:

а) надо сделать за следующий месяц или

б) может пойти не так в следующем году, —

то можно рехнуться! Сосредоточьтесь на текущем моменте.

Не глупо ли, собираясь в однодневный поход, тащить с собой запас воды и еды на всю оставшуюся жизнь? Так чего же странного тогда в том, что некоторые люди жалуются на трудности жизни, постоянно таская за собой груз забот и беспокойств на четверть века вперед? Мы созданы, чтобы жить по 24 часа за раз. И не больше.

В следующий же раз, когда почувствуете, что вас охватило отчаяние, спросите себя:

• Достаточно ли у меня воздуха, чтобы дышать?

• Хватит ли у меня на сегодня еды?

• Все ли со мной будет хорошо в ближайшие пять минут?

Как только проживете эти пять минут, задайтесь целью прожить следующие пять. Не пытайтесь заглатывать время большими кусками. Тогда и изжоги не будет.

С Сушмой я познакомился в 1982 году в Сингапуре. Мне было 33, ей – 18. Отец у нее был индиец, а мать – китаянка. Она была прекрасна. Я целых 15 лет путешествовал по всему миру. У меня были подружки и любовницы, но о свадьбе я никогда даже и не задумывался. Но не прошло и пяти минут после нашего знакомства, как я твердо знал, что она станет моей женой, и уже до конца года мы сыграли свадьбу.

В то время я занимался продажей электроники в Испании, и Сушма уехала туда со мной. В марте 1987 года родился наш единственный сын Джорди. Мы прожили в Европе, пока ему не исполнилось четыре года. Когда мне по работе пришлось переехать в Нигерию, мы решили, что безопаснее всего (и полезнее относительно образования Джорди) будет, чтобы они с Сушмой вернулись в Сингапур.

И вот, когда я был в Нигерии, 23 мая 1991 года, в два часа ночи мне позвонили друзья. Сушма попала в катастрофу. ее машина врезалась в дерево на шоссе Букит Тимах. Надеясь на лучшее, я срочно собрал сумки, чтобы вернуться в Сингапур, но буквально через несколько часов мне позвонили еще раз и сообщили, что Сушма погибла.

Я потерял рассудок. Я неделями рыдал и плакал. Я плакал, потому что потерял жену. но больше всего я оплакивал судьбу нашего четырехлетнего сына. Как Джорди будет жить без матери? Как мне растить его в одиночестве?

Первым делом я дал себе обещание, что ради сына не женюсь снова, пока он не станет совсем взрослым человеком. Я решил, что Джорди надо продолжать жить и учиться в Сингапуре. Все школьные годы он жил там у дедушки с бабушкой, а на каникулы приезжал ко мне в Африку или в Европу.

Мы с ним стали как два самых близких дружка путешествовать по свету. Мы ездили в Германию, Австрию, Южную Африку и Бразилию. Он был мне и лучшим другом, и собеседником, и единомышленником. Мы вместе открывали мир, о котором он никогда не смог бы узнать из учебников и книг.

В 2001 году я переехал на Бали, чтобы одновременно начать новую жизнь и основать бизнес, в котором работаю сегодня. Джорди обожал приезжать туда на каникулы. К лету 2006 года он закончил школу и переехал жить ко мне. Он мечтал о мотоцикле, и я подарил его Джорди в честь окончания школы.

20 сентября, в два часа ночи мне позвонили из полиции. Джорди попал в аварию. Когда я приехал в больницу, он уже весь посинел. Он умер в течение десяти минут. Ему было 19.

Сначала жена, потом сын.

У меня внутри все словно умерло. Обрушился весь мой мир. Я, словно в тумане, целых четыре дня гулял по лесу. Но куда бы я ни шел, мне везде виделся Джорди. Чтобы попытаться залечить душевные раны, я уехал в Таиланд. Но Джорди являлся мне и там. Я вернулся на Бали, и на сороковины мы заказали в честь него церковную службу.

Шел месяц за месяцем, и я очень медленно начал возвращаться к жизни. Может, справиться с этой потерей мне помогли тринадцать проведенных в Африке лет. «Этого не должно было случиться!» – говорит европеец. «Это уже случилось. Жизнь продолжается», – говорит африканец. Я мог бы сказать себе: «Зачем я позволил ему ездить на мотоцикле?» Но помогло бы мне это?

Если печалью можно как-то поправить будущее, сделай это! Но жизнью в постоянной печали будущее не поправишь.

Я ни о чем не жалею. Мы с сыном делали вместе все, что только могли. Я дал ему все, что мог. А как я живу сейчас? Я – художник. Я творю. Я делаю скульптуры. Я люблю животных. Люблю знакомиться с новыми людьми и получать удовольствие от общения с ними. А в материальных ценностях я никакой ценности не вижу.