Я с ненавистью смотрела на консула, но она и бровью не повела. Однажды я видела, как она небрежным взглядом прикончила двух древних вампиров, стоявших от нее гораздо дальше, чем я сейчас. Странное дело, я не ощущала ни песка у себя под ногами, ни волн энергии; в зале, где было полно разных существ из магического мира, я совсем не чувствовала присутствия магии.

— Вы взорвали нулевую бомбу?

— Ты же не все успела забрать, — улыбнулась консул далеко не ласковой улыбкой.

Вот именно, не успела. А жаль.

— Черт! В следующий раз не буду суетиться.

— Следующего раза у тебя не будет, — прервал меня один из старых магов. — Действие бомбы длится недолго, взрывать еще одну мы не можем, так что…

Одна из членов Сената, брюнетка в пышных юбках, внезапно схватила его за горло так, что старик захрипел, и подняла в воздух. Потом вопросительно взглянула на консула, та лишь молча покачала головой, а мне все стало ясно. Оставалось только ждать, пока закончится действие нулевой бомбы. После этого я активирую свою энергию, хватаю Томаса, и мы исчезаем. К несчастью, я не знала, сколько длится действие бомбы.

— Послушайте, мне нужен только Томас, — сказала я ей. — Вы все равно собирались его убить, так что скучать не будете.

Жалкая попытка втянуть консула в разговор.

— Мне жаль, что все так получилось, Кассандра, — спокойно ответила она и повернулась к сидящим рядом вампирам — самым могущественным на земле. — Возьмите ее.

Я даже не попыталась бежать. Смысла не было. Только повеселила бы публику. О чем я думала, когда собиралась противостоять десятку вампиров-хозяев первого уровня? Без своей энергии, без магической защиты я не смогла бы справиться даже с малолетним вампиром, который с легкостью превратил бы меня в свой обед.

Но тут выяснилось, что консулу придется иметь дело не только со мной.

— Назад!

Мирча вскочил со своего места; его лицо оставалось бесстрастным, кулаки были крепко сжаты. Не слишком добрый знак для того, кто всегда считался воплощением сдержанности. Вампиры остановились. Они смотрели не на меня — они следили за Мирчей.

— Мирча, — мягко сказала консул, подходя к нему сзади, и положила ему на плечо гладкую смуглую руку.

Наверное, так она хотела его успокоить, но он резко дернул плечом. По залу пронесся общий вздох, а одна знойная южанка даже вскрикнула. Консул быстро схватила Мирчу за горло, но он, казалось, этого даже не заметил.

— Предлагаю тебе отпустить его, — обратилась она ко мне. — Я заметила, что Мирча, несмотря на ее хватку, продолжает медленно двигаться в мою сторону. — Чего ты добьешься, если будешь продолжать это?

— Продолжать что? — спросила я, переводя взгляд с Мирчи на консула и обратно. Спокойное лицо Мирчи едва заметно дернулось. Нет, здесь явно что-то было не так. Лицо Мирчи стало белым как мел, глаза горели яростным огнем.

— Не понимаешь? — презрительно спросила консул. — Отпусти его, и мы с тобой поговорим как старые друзья. Иначе…

— Иначе… что?

Возможно, я и не понимала, что происходит, но я всегда чувствовала угрозу.

— Увидишь, — спокойно ответила консул. — Вот тогда и посмотрим, сможешь ли ты справиться с последствиями своей мести. Это тянется уже достаточно долго. — Темные глаза консула блеснули, и тут я поняла, почему она возглавила империю вампиров, будучи еще совсем молоденькой девушкой. — Он мне нужен, Кассандра! Идет война. Он мне нужен, но не такой, как сейчас.

— Кэсси… — проговорил Мирча и неимоверным усилием высвободил правую руку, на которой буквально повис какой-то сенатор, такой же старый, как сама консул.

Теплые волны, исходившие от его руки, клубились, как дым от костра. Сначала я подумала, что он просто теряет энергию, но, когда волны коснулись меня, я все поняла. Ко мне словно вернулось одно из тех старых видений, когда в сознании вспыхивали картины будущего. После того как я встретилась с пифией, они прекратились, и, как я надеялась, навсегда. Сколько я себя помнила, видения всегда были частью меня, но ни разу не показали мне ничего хорошего. Этот вечер не стал исключением.

Вокруг моей руки завертелись обрывки образов, и, сколько ни пыталась, отогнать их я не могла. Кисть горела, как от ожогов. Перед глазами, соперничая в жестокости, замелькали страшные сцены — вот окровавленный Мирча с мечом в руке схлестнулся с кем-то в смертельном поединке, уже в следующую секунду ликующая Майра выскакивает из тени и что-то бросает в него, потом я вижу взрыв, от которого содрогаются земля и воздух, и там, где только что стояли два вампира, остается лишь холм земли с кровавыми ошметками плоти и осколками костей.

Вскрикнув, я отпрянула, и видение исчезло. Я шаталась и всхлипывала, забыв о том, где нахожусь. В беспомощной ярости я оглядывалась по сторонам, но почти все вампиры в зале по-прежнему смотрели на Мирчу. Лишь немногие бросали на меня любопытные взгляды, но никто не казался встревоженным, хотя они только что, словно наяву, видели смерть одного из главных сенаторов. У меня больше не было сомнений. Не знаю, как ей это удалось, но Майра уверенно шла к победе.

Мне показалось, что на меня вылили ведро ледяной воды. Мои видения всегда оказывались верными — всегда. Раньше, особенно в юности, я еще пыталась что-то изменить. Сколько раз я предупреждала Тони о грядущих несчастьях, наивно полагая, что он выполнит свои клятвы и предотвратит их. Но он вместо этого, разумеется, начинал усиленно размышлять, как обернуть предстоящую катастрофу в свою пользу. И в конечном итоге все происходило в точности так, как я и предсказывала. Потом, когда я стала взрослой, я сделала еще одну попытку. Однажды я предупредила своего друга о том, что на него готовится покушение. Не знаю, получил ли он мое послание; во всяком случае, это его не спасло. Теперь он мертв.