– Ну-с, Олег Иванович, рассказывайте! Рапорт я ваш прочёл, но хотелось бы, чтобы вы своими словами мне всё подробно разъяснили.

– С чего начать, Абрам Аронович?

– Здешний расклад я знаю, так что начинайте с Германии.

– Слушаюсь! Итак, после того как бывший подполковник Рафалов дал свое согласие на сотрудничество, мы, согласовав это с руководством, выехали с ним в Дрезден. Поскольку семья подполковника оставалась здесь, риск был сведён к минимуму.

– Постойте, но ведь он сам к нам пришёл? Чего ж вы тогда опасались?

– Ну... всё-таки он бывший офицер... мало ли...

– Понятно. И что же было в Дрездене?

– Рафалов пояснил, что его однокашник по академии Генерального штаба, капитан Яровцев, был в свое время направлен именно туда. Поскольку, по роду своей деятельности, они были в Германии достаточно близки, подполковник знал, где и под какой легендой он должен был проживать. По нашей просьбе, местные товарищи осторожно навели справки и выяснили - есть такой человек! Далее всё зависело уже от Рафалова.

– Так. Продолжайте.

– Для встречи был выбран ресторан, куда Яровцев заходил каждую субботу. Мы заказали соседний столик и, дождавшись капитана, подполковник ему показался. Несмотря на то, что с момента их последней встречи прошло почти двадцать лет, тот его узнал. Но виду не подал, лишь выходя, сделал тому знак, чтобы он следовал за ним. Дабы не создавать излишнего напряжения, я отпустил Рафалова одного. На улице нас подстраховывала группа местных товарищей, о чём он не знал. Но данные предосторожности оказались излишними - встреча прошла в дружеской обстановке. Яровцев узнал подполковника и поверил своему бывшему сослуживцу. На следующий день мы втроём увиделись уже на конспиративной квартире. Капитан, (кстати говоря, он уже успел стать подполковником, о чём Рафалов не знал) выслушав меня, выразил своё согласие продолжить работу уже в качестве нашего агента. О чем дал соответствующую подписку. Помимо этого, он через три дня представил обстоятельный доклад о своих возможностях. А они оказались достаточно велики!

– Да, - кивнул комиссар госбезопасности, - читал я эти документы. Впечатляет!

– А вот теперь, Абрам Аронович, то, о чём я писать не рискнул...

– Ну-ну!

– В разговоре со мною, Яровцев сказал, что давно ожидал чего-то подобного. В смысле - такого предложения. Только вот ждал он, естественно, не Рафалова.

– Кого же он ждал?

– Тут вот в чем дело, Абрам Аронович... Ещё в конце семнадцатого года его навестил один человек. Сам капитан его ранее не встречал, но знал о его существовании. Этот человек занимался обеспечением безопасности агентов русской разведки. Организовывал их эвакуацию в случае провала или оперативной необходимости. Да и многие другие вопросы тоже мог разрешить успешно - были прецеденты. Его можно было вызвать самому - такой сигнал существовал.

– Интересно!
– Слуцкий подтянул к себе блокнот и сделал в нём пометку.
– Продолжайте!

– Этот человек - его знали как Проводника, передал капитану известие о производстве в чин подполковника. Сообщил приказ руководства...

– Кого именно?

– Генерала Сомова.

– Так!

Ещё одна пометка в блокноте.

– Приказ следующий: прекратить всякую активность, 'лечь на дно' и спокойно жить, ожидая дальнейших указаний. Для этого подполковнику были сообщены номера двух счетов в различных банках, условия их использования и передана некоторая сумма денег наличными.

– Про такие случаи и я слышал.

– В последующие годы Проводник появлялся ещё трижды, проверял, как живется его подопечному.

– Когда именно?

– В 1923, 1928 и в прошлом году. Подполковник говорит, что всякий раз перед своим появлением тот тщательно изучал обстановку издали. После чего давал условный сигнал. Но встречал Яровцева всегда по дороге к месту встречи.

– Новые задания?

– Нет, ничего такого не было.

– Сигналы для экстренной встречи?

– Вот они, - собеседник комиссара положил на стол лист бумаги.
– Текст объявления в газету и почтовый адрес для телеграммы.

– Харбин? Хм... Ещё что?

– Яровцев сказал, что знает ещё одного своего коллегу. На этот раз - Гамбург. Правда, лично они не знакомы, и помочь нам устроить встречу он не может. Рисковать столь ценным агентом я не хотел и сказал подполковнику, что мы всё сделаем сами.

– Правильное решение, Олег Иванович! Рафалова вы тогда и отправили назад?

– Совершенно верно, Абрам Аронович. Он свое дело сделал.

– Так... И что же было в Гамбурге?

– Указанного Яровцевым человека, мы нашли далеко не сразу. Он сменил место жительства и работы. Хорошо, что мы смогли сделать запрос и получить из Москвы его фото, он сильно изменился, и даже по карточке его узнали не сразу. Понаблюдав за ним несколько дней, я принял решение не освещать перед ним свою принадлежность к НКВД.

– Почему?

– Он имел обширные контакты среди эмигрантов... зная их отношение к СССР...