– Отпустите ее, – услышала она женский голос. Вскинув голову, увидела вошедшую Татьяну. – Ты?! – поразилась она.

– Узнала, – засмеялась та. – А я думала…

– Где дети?! – Серова бросилась к ней. Один из парней взмахнул автоматом. Приклад угодил ей в затылок. Надя упала.

– Отлично, – кивнула Татьяна. – Добейте остальных, – приказала она и начала щелкать фотоаппаратом.

– Ну и как? – Роман подошел к столу, за которым Алешка и Димка ели манную кашу.

– Вкусно, – вздохнул старший, – но вы бы лучше…

– Хватит, – поморщился Роман, – а то весь кайф испортишь. Я, можно сказать, впервые детишек кормлю, а ты скулишь. Ты же мужчина, посмотри на младшего, – Роман кивнул на Димку, – молодцом держится, ест, и все.

– Да я просто, – Алешка опустил голову, – хотел сказать, что вы нам обещали маму найти.

– Обещал, – согласился Роман. – И найду. Вот только немного пересидим тут – и вперед. А то сейчас на неприятности запросто нарваться можно.

– Тогда лучше выждать. – Вспомнив отца, Алешка ответил его словами.

– Конечно, – улыбнулся Роман. Взяв чистое полотенце, начал вытирать перемазанного кашей Димку.

– Я сам, – подбежал к ним Алеша.

– И то правильно, – облегченно вздохнул Роман.

– Дядя Рома, – спросил Алешка, – а зачем вы нас похитили?

– Ну, во-первых, – улыбнулся Роман, – я пока что не дядя. Хотя для вас, конечно. – Расправив плечи, он подбоченился. Но не выдержал и засмеялся. А потом серьезно сказал: – Понимаешь, парень, любил я ее, а она стервой оказалась, подставила. Говорила, что вы не родные вашей матери. А где и как она вас взяла, не знаю. Да и вообще, не мой профиль детишек воровать. Поломать кого, даже шлепнуть – это да. А с малышами не связывался. А может, оно и лучше. Мне многие говорили, что Лилька стерва. И дед Данила говорил. В общем, давай больше об этом не будем, – вдруг жалобно попросил он. – А то я сам постоянно про это думаю. Но где ваша мать, – его лицо затвердело, – кажись, знаю. А чуток погодя – точно узнаю. Но если это так, то ты подскажешь, как вашего папку найти. Я не трус, – засмеялся Роман, – но боюсь. Слишком серьезный там дядя. Может почти все. Человека для него убить – как воды напиться. Тем более что делает он это чужими руками. Мне о нем дед Данила много чего рассказывал. Разговорился я.

Оглядев мальчишек и увидев, что младший, прижавшись головкой к коленям старшего, спит, Роман осторожно взял его на руки и отнес в соседнюю комнату. Выходя, подмигнул Алешке:

– Ты молоток. Мужиком держишься. Еще пара дней, и я все о вашей мамке узнаю. А там посмотрим, как быть. Но скорее всего придется вашего отца вызывать. Как он, – спросил Роман, – крутой мужик?

– Папа этого слова терпеть не может, – скривился Алешка. – Он просто хороший солдат, – с гордостью проговорил мальчик.

– Ну и отлично, – по-своему оценил его слова Роман. – Вот он и разберется за вашу маманю.

– Ему дяди Леша, Федор, Павел и Юрий помогут, – добавил Алеша.

– Тогда совсем немного прождать осталось, – утешил его Роман.

Малыш со злобным блеском в глазах коротким резким ударом в живот сложил пополам худощавого мужчину с наколками на кистях и пальцах. Тот обхватил живот обеими руками и медленно опустился на колени. Коснувшись лбом асфальта, хрипло задышал и повалился на правый бок.

– Казак, – процедил Малыш, – я тебе что говорил, помнишь? – и мощно ударил его ногой в лицо.

Казак, дернувшись, раскрыл в пронзительном крике окровавленный рот. Малыш каблуком врезал ему в зубы. Казак вместе с обильной кровью выплюнул три зуба. Он хотел что-то сказать, но Малыш с коротким резким выдохом ударил его ногой по шее. Казак расслабленно раскинул руки.

– В воду! – приказал Малыш четверым крепким парням около джипа. – Поехали, – забираясь в открытую дверцу, бросил Малыш водителю.

Подхватившие Казака парни поднесли его к скалистому берегу и, раскачав, бросили в пену разбивающейся о камни воды.

– Что это? – Якин растерянно посмотрел на стоящую у стола дочь.

– А ты не видишь? – улыбнулась она. – Фотографии. Надеюсь, женщину узнать можно. – Она взяла большую цветную фотографию, на которой вверх лицом лежала Серова. Вокруг ее разметавшихся волос виднелась темно-красная лужа.

– Что это? – повторил свой вопрос Якин. Но на этот раз в голосе не было удивления. В нем она услышала злобу. В глазах Татьяны лишь на мгновение вспыхнуло мстительное торжество.

– Я не понимаю тебя, – стараясь, чтобы это прозвучало немного испуганно, сказала она. – Если ты имеешь в виду снимки, то это…

– Откуда они у тебя? – строго перебил ее отец.

– Ах, вот ты о чем, – вздохнула Татьяна. – Не знаю. Мне передал их какой-то мальчишка. Я ему отдала десять долларов, а когда вскрыла конверт, его и след простыл. Я подумала, что тебе, наверное, будет интересно увидеть это. Поэтому и приехала.

– Черт! – выкрикнул Якин. – Насколько я понял, это люди Казака. Где это снималось? – пробормотал он.