Он не стал это отрицать.

— Уайнет нуждается в курорте, и мне не стыдно за то, что я делаю все возможное, чтобы получить согласие Спенса на строительство.

— Значит, тебе придется жениться на ней. Что значит счастье одного человека против благоденствия всего города?

— Мы едва знаем друг друга.

— Не волнуйся, Санни из тех женщин, которые всегда добиваются своего.

Тед потер переносицу.

— Она просто развлекается.

— Напротив. Ты единственный и неповторимый Тед Бодин, и при одном взгляде на тебя женщина…

— Заткнись, пожалуйста.

Он выглядел невероятно усталым. Мег опустилась на обтянутый дамастом диван, положила локти на колени и оперлась подбородком о ладони.

— Ненавижу этот город.

— Может быть. Но тебе нравится вызов, который он бросает.

Она вскинула голову:

— Вызов? Я сплю в душном помещении без мебели и продаю пиво избалованным игрокам в гольф, которым лень швырять пивные банки в специальные контейнеры. О да, обожаю, когда мне бросают вызов!

Его глаза, казалось, смотрели ей в душу.

— Но это всего лишь делает жизнь еще интереснее. Не так ли? Наконец тебе дали шанс испытать себя!

— Наконец? — Она вскочила с дивана. — Наконец?! Я переплывала Меконг на каяке и занималась дайвингом в водах Атлантического океана у побережья Кейптауна! Не говори мне об испытаниях!

— Это не испытания, а развлечения. Но то, что происходит в Уайнете, — совершенно иное. Тебе наконец пришлось понять, что ты представляешь собой без папиных и маминых денег. Можешь ты выжить в городе, где Спенс Скипджек — единственный человек, преклоняющийся перед твоей фамилией, и где, не будем скрывать, тебя терпеть не могут?

— Тори вроде бы мне симпатизирует. И Хейли Киттл.

Под его взглядом ей было не по себе. Поэтому она подошла к книжному шкафу и притворилась, будто изучает переплеты.

Он подошел сзади.

— Интересно наблюдать за тобой. Может ли Мег Коранда выжить исключительно благодаря своему уму? Вот это реальная проблема, не так ли?

Нельзя сказать, что он абсолютно прав. Но и неправым его назвать трудно.

— Что ты знаешь? Ты всеамериканская история успеха, только наоборот. Воспитанный богатыми родителями в роскоши. Тебе следовало бы вырасти таким же избалованным, как я. Но этого не произошло.

— Ты вовсе не избалованна, Мег. И перестань себя порочить!

Он снова вывел ее из равновесия. Она оглядела ряд справочников.

— Что ты знаешь? — повторила она. — Ты в жизни не терпел неудач.

— Вот тут ты ошибаешься. В детстве я испортил статую Свободы.

— Ты и «Мэджик маркер». Большое дело! Она провела пальцем по корешку словаря.

— О нет, все было куда хуже. Я взобрался на венец статуи, разбил окно и вывесил знамя с надписью «Нет — ядерному оружию».

Это потрясло Мег настолько, что она все-таки повернулась к нему лицом.

— Люси мне об этом не говорила…

— Неужели? — Он наклонил голову так, что она не смогла видеть его глаз. — Полагаю, мы ни разу об этом не говорили.

— Как можно не говорить на такую важную тему?!

Тед пожал плечами:

— У нас на уме было другое.

— Твое приключение, должно быть, оказалось довольно травматичным.

Тед наконец немного расслабился. И даже улыбнулся:

— Худший момент моего детства. И лучший.

— Как это? Тебя же поймали!

— О да.

Он смотрел на английский пейзаж, висевший над камином.

— Я увидел отца только в девять лет. Длинная история, но когда мы встретились, все пошло наперекосяк. Он ожидал увидеть другого ребенка. Я ожидал увидеть другого отца. Мы оба были очень несчастны. До того дня у статуи Свободы.

— Что случилось?

Тед снова улыбнулся:

— Я понял, что могу на него рассчитывать. С того дня все изменилось.

Может, на нее так подействовало вино. Тот факт, что они оба устали. Необходимость общаться со Спенсом и Санни. Она знала одно: только сейчас они смотрели в глаза друг другу, и тут же по совершенно неясной причине оба шагнули вперед, и их тела соприкоснулись. Она подняла подбородок. Он нагнул голову. Его веки опустились. И они неожиданно для себя самих поцеловались.

Мег была так шокирована, что ее рука взлетела и ударилась о его локоть. Но даже ее неуклюжесть не остановила их. Он сжал ее лицо ладонями и повернул голову под нужным углом. Она изнемогала от любопытства и слишком завелась, чтобы отстраниться.