Шрифт:
– Так… десять часов назад, – пробормотал начальник, – следовательно, вчера, около десяти вечера. Оба приняли яд одновременно?
– Да. Вместе с апельсиновым соком.
– Холодное место выбрали для смерти, – сказал один из сыщиков. Это был тощий, замученный человек лет сорока трех, в старом, изрядно потрепанном пальто.
– Ну, знаете ли, Торигаи-кун, – врач взглянул на сыщика, – вы рассуждаете с точки зрения живого. А для смерти все едино – холодное место или жаркое.
Если на то пошло, ведь и фруктовый сок не зимний напиток. Возможно, добавил врач, – они были в состоянии аффекта, то есть в состоянии крайнего психического возбуждения, противоположного нормальному.
Сыщики с улыбкой переглянулись: ну вот, пошел козырять научными терминами!
– Не так-то просто выпить яд. На это еще надо решиться. Очевидно, при определенном возбуждении нервной системы смерть кажется желанной, – докончил мысль врача начальник сыскного отдела.
Второй сыщик спросил:
– Господин начальник, вероятно, здесь не имело места насильственное принуждение к самоубийству?
– Думаю, что нет. Одежда в порядке, никаких следов борьбы не видно.
Приняли яд по взаимному согласию.
Он был прав. Женщина лежала так спокойно, словно прилегла отдохнуть, предварительно сняв дзори и аккуратно поставив их рядом. Даже таби не успела испачкать. Очевидно, это было самоубийство влюбленных, договорившихся вместе покончить счеты с жизнью. Сыщики вздохнули с некоторым облегчением и в то же время почувствовали растерянность – делать им было нечего. Если отсутствует состав преступления, значит, нет и преступника.
На специальных машинах трупы увезли в полицию. С тихого взморья Касии убрали посторонние, мешавшие предметы, и оно снова застыло в лучах холодного зимнего солнца.
В полиции трупы подвергли тщательному осмотру. Фотографировали еще несколько раз, по мере того как снимали одежду.
В кармане пиджака мужчины обнаружили бумажник. Там лежали сезонный билет от Токио до Асакэя и визитные карточки. По ним и опознали покойного. В сезонке значилось:
"Кэнити Саяма, тридцать один год". Визитные карточки давали еще более подробные сведения: "Помощник начальника отдела N. департамента N. министерства М". Далее следовал домашний адрес.
Сыщики переглянулись. В этом отделе министерства как раз раскрыто дело о взяточничестве. Ведется следствие. Газеты пишут об этом каждый день.
– А предсмертной записки не нашли? – спросил начальник сыскного отдела.
Записку искали старательно и дотошно. Но ее не было. В карманах умершего обнаружили деньги – около десяти тысяч иен наличными, носовой платок, рожок для туфель, сложенную вчетверо газету и измятый счет вагона-ресторана.
– Счет вагона-ресторана? Странную вещь хранил, – начальник аккуратно расправил скомканную бумажку. – Дата – 14 января, поезд № 7, обслуживался один человек, общая сумма – триста сорок иен. Счет с грифом ресторана "Токие нихон секудо". Что ел – неизвестно.
3
Женщину тоже опознали. В ее бумажнике, помимо восьми тысяч иен, лежали маленькие женские визитные карточки: "Токио, район Акасака. Ресторан японской кухги "Ко-юки", Токи".
– Очевидно, Токи – это ее имя. По-видимому, официантка из ресторана "Коюки" на Акасака, – сказал начальник. – Самоубийство по сговору.
Влюбленный чиновник и официантка. Что ж, вещь вполне возможная.
Он приказал послать телеграммы по адресам, указанным в визитных карточках.
Судебный врач тоже тщательно освидетельствовал трупы. Никаких внешних повреждений не было. Причина смерти – отравление цианистым калием подтвердилась. Смерть наступила между десятью и одиннадцатью часами вечера 20 января.
– Значит, решили прогуляться по берегу перед тем, как перейти в лучший мир, – попробовал пошутить один из сыщиков.
– Да-да, видно, насладились жизнью напоследок! Однако при вскрытии не обнаружили следов близости между умершими.
Сыщики удивлялись – подумать только, умерли в чистоте!
– Вероятно, выехали из Токио четырнадцатого, – начальник сыска щелкнул пальцем по счету вагона-ресторана. – Сегодня у нас двадцать первое, значит неделю назад. Где-то отдыхали, а умереть решили у нас, в префектуре Фукуока.
Так-так. Узнайте кто-нибудь, что это за поезд № 7.
Один из сыщиков выяснил, что это экспресс "Асакадзэ" Токио – Хаката.
– Как? Экспресс Токио – Хаката? – начальник задумался. Выходит, прямо из Токио поехали в Хакату. Где же они были целую неделю? Или остановились где-нибудь в Фукуоке, или бродили по Кюсю. Во всяком случае, должен остаться багаж. Надо его найти. Возьмите фотографии и наведите справки в гостиницах!