До сих пор Синяев думал, что каллистяне, независимо от пола, одеваются одинаково. Теперь он убедился, что это не так. На Дьеньи было платье белого цвета с широким бледно-зеленым поясом. Золотистые волосы девушки, более длинные, чем у мужчин, были уложены в простую и строгую прическу. В этом виде она показалась Синяеву гораздо красивее, чем в костюме астронавта.

Широков даже не заметил, во что одета Дьеньи. Он смотрел в ее лицо, испытывая нечто большее, чем радость встречи. И внезапно ему стало ясно, что все это время он скучал по ней.

«Глупо! — подумал он. — Только и не хватает влюбиться. Как будто на Каллисто нет другого дела».

Вслед за Дьеньи вышли Диегонь и его сын.

— Скорей проходите в дом, — сказал Гесьянь. — Не надо долго стоять под открытым небом.

— Рельоса же не видно.

— Все равно. Его лучи проникают под облака.

— Вы обрекаете нас на довольно скучную жизнь, — сказал Синяев. — Если так будет продолжаться, мы мало что увидим на Каллисто.

— В первые дни это необходимо. А там посмотрим.

Комната, примыкавшая к террасе, была похожа на такую же комнату в их доме, но фонтанов и здесь не было.

Синьг рассказал, что кто-то настойчиво вызывает Синяева.

— Сейчас узнаем, — сказал Вьег Диегонь, подходя к экрану.

— Разве вызовы регистрируются? — спросил Синяев.

— Нет, но если разговор срочен и важен, то можно через дежурный пост назначить время, когда вы сами можете связаться с тем, кто хочет вас видеть.

На экране появился центральный пост Атилли. Он был в несколько раз больше секторного, и в нем было пять дежурных. Вьег Диегонь переговорил с одним из них.

Широков и Синяев намеренно не подошли к экрану. Они не хотели задерживать разговора, что неизбежно случилось бы, если бы дежурные на посту их увидели.

Экран «погас».

— С вами хочет говорить Аинь Зивьень, — сказал Диегонь. — Он просит вас связаться с ним как можно скорее.

— Аинь Зивьень! — воскликнула Бьесьи. — Как странно!

— Кто это? — спросил Синяев.

— Очень большой ученый. Он руководит всеми работами по изучению гравитации и антигравитации. Зачем вы ему понадобились?

— Может быть, как астроном? — предположил Широков.

— Астрономия на Каллисто, во всяком случае, не хуже развита, чем у нас, — возразил Синяев. — К чему гадать! — Он подошел к экрану и, нажав нужную кнопку, отчетливо произнес: — Аинь Зивьень!

Экран сразу «исчез». Открылась небольшая, просто обставленная комната со множеством прозрачных, почти невидимых шкафов, заполненных книгами.

Перед экраном стоял пожилой каллистянин, одетый в обычную полупрозрачную одежду из белого материала.

— Геогий Синев? — спросил он и выжидательно замолчал.

— Это я.

— Извините, что беспокою вас. Дело большой важности требует вашего присутствия. Оно важно не столько нам, сколько вам обоим и вашей планете. Откладывать нельзя, так как не исключена возможность, что вам придется покинуть Каллисто и вернуться на Сетито.

— Это еще почему? — невольно вырвалось у Синяева.

Зивьень улыбнулся.

— Я думаю, вам самим ясно почему. Если же нет, спросите Гесьяня. Он рядом с вами. Или вашего товарища, он врач.

— Я не думаю, чтобы это стало необходимо.

— Тем лучше. Но дело настолько важно, что мы не хотим рисковать.

— Во всяком случае, я к вашим услугам, — сказал Синяев.

— Прошу вас прибыть в секцию теси гравиоинститута.

— Когда?

— Чем скорее, тем лучше.

— Я готов хоть сейчас.

— Совсем хорошо. Какой это дом?

— Атилли, второй сектор, 8843,— ответил Диегонь.

— Ждите здесь. Через полчаса за вами прилетит олити.

— Против этого я возражаю, — сказал Гесьянь. — Наш гость не может пока пользоваться обычными олити. Только своей.

— Как же быть?

— Разрешите мне доставить его к вам, — предложила Бьесьи. — Я знаю, где находится гравиоинститут.

— Прекрасно.

— Долго вы меня удержите? — спросил Синяев.

— Дня два.

— Прибыть мне одному или с моим другом?

— Мы будем рады видеть его, но нам нужны только вы, — с обычной для каллистян прямотой ответил Зивьень.

Синяев не спросил, для чего он нужен институту. Было ясно, что вопрос очень серьезен и неудобно говорить по экрану.

— Мы вас ждем, — сказал Зивьень.