— Вы учли мой вкус в этой одежде. Она легко носится и в нее можно спрятать оружие. Новая ткань из лучших мастерских Тупа, я буду завидно выглядеть, — сообщила она.

Она вышла и повернулась.

— Отлично, — сказал доктор. — Теперь займемся вашим вооружением. Не сочтите за дерзость, но у нас есть не все ваше оружие.

— Посмотрим, — гордо заявила она. — Проводите меня к вашему оружейнику.

Он провел ее в самую маленькую комнатку, а через одно движение зрачка они стояли совсем в другом месте.

— Я знавала, что вы летаете по воздуху, но такое… — немного смутилась она.

— Эл, вам предстоит выбрать то оружие, с которым вы сможете справиться. Постарайтесь найти то, что принадлежало именно вам.

То, что она увидела, не поддавалось никакому описанию. Даже у красноречивого летописца Ахши не хватило бы слов. Горы оружия. Все стены увешаны им, а пол уставлен.

«Наверное, каждый воин, гостивший здесь, оставлял здесь свое. Эти существа не пользуются здесь оружием, даже не носят его. Ахши тоже не носил. Вот бы ввести такой обычай в Тупе, каким бы счастьем и радостью наполнился бы город. Куда нам до этого. Ахши не фантазировал, что есть лучшая, свободная жизнь. Когда мы встретимся, мудрец, я поблагодарю тебя за правду».

— Вот мой клинок! — она достала из чехла свое оружие с заостренным наконечником, широким изогнутым лезвием и длиной рукояткой, которая послушно легла в кисть. Она сделала взмах, лезвие сверкнуло, характерный звук разрезал воздух. — Он очень древний и прочный, таких уже не делают.

— Здесь должны быть и другие ваши вещи, — сказал доктор.

Она потянулась за арбалетом.

— Умный механик придумал это. Умно. Клянусь, я знаю, как он действует. Могу я взять?

— Нет. Это не ваше оружие, — вежливо сказал доктор, — его владелец будет недоволен.

— Жаль. Я бы поторговалась, — с досадой сказала она.

— Эл, возьмите только то, что принадлежало Вердане.

Она взяла еще три вещи.

— А где мой жертвенный нож?! — воскликнула она. — Где он?!

— Его не было, когда вы попали сюда, — сообщил доктор и на всякий случай отошел подальше.

— Х-мм. О, всевидящие! Что вы мне предлагаете? Я не смогу совершить священное убийство! Это фамильная ценность! Скажите вашим слугам, пусть поищут!

Капитан и Эйсмут наблюдали сцену. Эйсмут всем телом подался вперед, собираясь устремиться на помощь доктору.

— Я предупреждал. Нельзя давать ей оружие.

— Не нервничайте, Эйсмут. Она ведет себя нормально. Вы все сделали великолепно. Посмотрите, в ней все настоящее, даже эмоции.

— В этом и дело. В эмоциях. Я не успокоюсь, пока она не вернется.

— Успокойтесь. Успокойтесь, — говорил капитан. — Только посмотрите, наш доктор великолепно сделал свою работу. Какая пластика тела, а динамика. Как она изящно двигается. Я видел записи с Фаэтона. Превосходная имитация. Ее матрица изменилась, а она даже не испугалась.

— Она не понимает. Что будет, когда поймет? Очередная истерика?

— Да, что с вами, Эйсмут? — строго спросил капитан.

— Плохие предчувствия.

— Не удивительно. У меня тоже. Но мы не на прогулку ее отправляем.

Тем временем доктору удалось успокоить Вердану, она даже принесла извинения за резкость.

— Здесь нам нечего больше делать, — сказала Вердана. — Хотя я прихватила бы еще вот тот меч. Но так и быть, прощу вам потерю и ничего не возьму взамен.

— Ваше великодушие велико, — поклонился доктор. — Я провожу вас к летающему аппарату, который доставит вас на родную планету.

— О! Это интересно! — воскликнула Вердана и направилась к выходу.

— Капитан, сознание Эл еще не адаптировалось. Он реагирует на свое имя. Ей нельзя гулять по кораблю, чего доброго, она начнет естественно узнавать предметы, обстановку, процесс ускорится, она может вспомнить себя. Мы все-таки торопимся.

Торн вспомнил слова Зенты, посмотрел на Эйсмута и одобрительно кивнул.

— Отправляйте. Но прежде, чем говорить с ней, возьмите себя в руки, вы нервничаете, как мальчишка, — капитан приветливо улыбнулся.

— Еще бы, я не могу угадать, чем кончиться этот эксперимент. Раньше костюм мешал слиянию наблюдателя, а теперь адаптация полная. Вы сами подчеркивали, что мы не знаем всех возможностей.

— Она действительно копия Верданы? И никаких физических признаков человека?

— Никаких. Она точная копия Верданы на момент смерти. И она не знает, что умерла. Я не зафиксировал это в ее личности, чтобы не было аномалий в психике.