Официант принес кофе, и Каролина с удовольствием сделала глоток ароматного бодрящего напитка. Она чувствовала на себе пристальный взгляд Рудольфа, сознавала, что пауза в их беседе затянулась, но не намеревалась ничего говорить. В конце концов она никого не приглашала, поэтому не считала себя обязанной развлекать неожиданно появившегося за своим столиком сотрапезника.

В то, что этот сотрапезник — не кто иной, как Рудольф Бауэр, ей никак не верилось.

Каких-нибудь двадцать минут назад мир казался ей удивительным и прекрасным. Она передала оставленную Олдриджем посылку тому, кому следовало. И, вернувшись, блаженствовала, представляя, как проведет неожиданно подаренный ей судьбой двухнедельный отпуск.

Теперь же, когда напротив нее за столик уселся сам Рудольф Бауэр, ее радость поблекла, а мысли перепутались. К тому же она почему-то не ощущала себя независимой, гордой и самодостаточной, какой привыкла быть в присутствии всех остальных мужчин… Рудольф Бауэр! Он до сих пор имел странную власть над ее чувствами.

— «Фрэнт и компани»… Небезызвестная фирма, — сказал, прерывая наконец напряженное молчание, Рудольф.

Каролина вздрогнула и смущенно покраснела. Увлеченная собственными мыслями, она напрочь забыла, о чем они разговаривали пять минут назад.

— Твои родители, наверное, гордятся тобой, — продолжил Рудольф. — У тебя хорошее образование, работаешь в такой фирме. Жаль, что в последние годы мы не общались.

Он заметил, что в глазах Каролины отразилось беспокойство, и задумался.

Что ее тревожит? Что заставляет нервничать? Теперь она взрослая, опытная женщина. Таких, как она, не так-то просто вывести из равновесия. Но в ней явно живет страх! Возможно, страх разоблачения! Ей есть, что скрывать…

— Не планируешь еще раз посетить Австрию? — спросил он.

— Да, не исключено… когда-нибудь, — расплывчато ответила Каролина. Останавливаться на теме поездок в Австрию ей до жути не хотелось, и она поспешила перевести разговор в другое русло: — Расскажи что-нибудь о себе. Что ты делаешь в Гран Канарии?

— Я прилетел только что. Должен уладить здесь кое-какие дела.

Каролина кивнула с подчеркнуто наигранным пониманием.

Разносторонность этого человека давно будоражила ее воображение. В юности Рудольф чем только ни увлекался! И каждому своему занятию отдавался полностью, поэтому во всем преуспевал. Альпинизм, горнолыжный и парашютный спорт, полеты на спортивных самолетах и мотодельтапланах — во все это он был просто влюблен. Ему доставляло удовольствие испытывать на прочность свою волю и выдержку, и за это Каролина обожала его, даже когда была еще совсем ребенком.

Нет! — строго скомандовала себе она. Только не смей опять углубляться в воспоминания!

— Так чем же ты занимаешься в настоящий момент?

Рудольф лукаво улыбнулся.

— В настоящий момент я беседую с красивой женщиной.

Каролина несколько смущенно усмехнулась. От того, что Рудольф делал ей комплименты, она чувствовала себя неловко.

— Насколько я помню, в университете ты изучал право. И твои родители были недовольны этим обстоятельством. Им хотелось, чтобы ты пошел по стопам отца — получил экономическое образование и сразу по окончании учебы стал помогать ему управлять фабрикой, так ведь? — Каролина вопросительно изогнула тонкую изящную бровь. Ей вспомнилась красавица Марта. Бауэры с нетерпением ждали еще и того момента, когда сын женится на очаровательной родственнице. На душе сделалось гадко.

— Все верно, — ответил Рудольф и рассмеялся. — Так оно и было. Родители долго пытались заставить меня заниматься тем, к чему у меня не лежит душа. Но я настоял на своем. И, знаешь, еще ни разу не пожалел об этом.

Каролина не сомневалась в искренности его слов. Невиданные целеустремленность и упорство, по словам покойной Эрны, проявились в этом человеке с первых лет жизни. Он рано заговорил, сделал первые шаги, начал читать. Неумелой детской ручонкой выхватывал у матери ложку и, перемазываясь с ног до головы овощными пюре и молочными кашами, годовалым карапузом уже ел сам.

Несмотря на то что его отец был одним из богатейших людей в Инсбруке, четырнадцатилетним подростком Рудольф в тайне от родителей уже начал зарабатывать собственные деньги. Когда Эрна увидела его на улице торгующим газетами, ее чуть не хватил удар. Тогда в их семье разгорелся крупный скандал. Родители кричали Рудольфу, что он позорит их, что, тратя время на разные глупости, ставит под угрозу учебу, а соответственно и собственное будущее.

Они ошибались. Их сын блестяще окончил школу и без труда поступил сразу в два колледжа. Но учиться предпочел в Оксфорде.

Чем Рудольф занялся после университета, Каролина не знала. Но всегда догадывалась, что он посвятит себя именно юриспруденции.

В глубоких серых глазах Рудольфа заиграли огоньки, и у Каролины слегка закружилась голова. Она чувствовала, что вновь попадает под власть его чар, что просто бессильна перед ними.

— Ты уже осмотрела Лас-Палмас?

Каролина покачала головой.

— Я еще ничего не видела, ведь приехала сюда только вчера.

Рудольф обнажил белые ровные зубы в потрясающей улыбке.