Я поднялась. Конечно же не так, как в войну вставали герои навстречу вражеским танкам, но очень близко к этому. Я ЗНАЛА, если сейчас не сломаю этого хлыща, то всё пойдёт прахом: и то, как ожесточённо сражалась за свою жизнь, и та ответственность, что не ведая того, взвалила себе на плечи, и всё моё будущее.

Наверно тощий прочитал это по моему лицу, побледнев ещё сильнее.

— Мэтр Шаль уже ответил на все вопросы, — поспешил ему на помощь королевский обвинитель.

Он что тут, на полставки адвокатом заделался? Или это его корифан? Не по чину вроде?

— Тогда он легко ответит ещё на один. Почему. Он. Обозвал. Правителя. Оммора. Лжецом! — вколачиваю слова, как гвозди в крышку гроба.

Шум в зале, особенно там, где сидят дворяне.

— Тихо! — гаркнул нирт Старой Северной башни, аж в ушах зазвенело.

— Мэтр Шаль этого страшного преступления не делал, — ласково, как какой-то слабоумной дурочке, сообщил мне нэд Нортелл, — К сожалению, мы теперь никогда не узнаем, почему нирт Оррул остался в полном неведении. Ведь он теперь мёртв! — с пафосом воскликнул прохиндей.

— Зато Шаль пока жив. Я требую, чтобы его допросили с «камнем истины». Тогда он уже врать не сможет.

— Возможно вы не знаете нэда, но дознаватели не лгут! — это уже прогудел со своего места Главный королевский обвинитель Окмобар Арлэн Даимбер нирт Моорон — Старая Восточная башня.

Ещё один Мооронище выполз из щели!

Ладно, хотела я о Мооронах потом рассказать, но лучше, наверное, сейчас. Вы спросите, откуда их столько развелось, как собак нерезаных? Слушайте.

Как я уже говорила, короля нашего звали Ореливор Даимбер Таймир из рода Майрон, по счёту Ореливор Третий. Про его отца, деда и прадеда уже говорилось раньше. Не буду сейчас перечислять их полные имена и прозвища, а то это затянется надолго. Может потом как-нибудь расскажу по ходу повествования.

Скажу лишь, что воинственного прадеда нынешнего короля звали тоже Ореливор и числился он Ореливором Вторым. Именно он был сыном того самого Майрона Инзальга Альронда, который и считается родоначальником королевской династии. Почему именно он, а не его отец — основатель королевства Ореливор Клэрион Табар? Потому что у Ореливора Первого было два сына — Майрон и Моорон, причём Моорон был старше. Как и почему он умер, я особо не докапывалась. Честно говоря, мне эту тему и сейчас поднимать не хочется. Боюсь, отыщется такое, отчего волосы встанут дыбом.

Но факт остаётся фактом: передавать корону ни одному из… то ли трёх, то ли четырёх… сыновей брата Майрон не стал. Зачем это ему делать, когда подрастает собственный отпрыск. Смирились ли с этим произволом, если он имел место быть, потомки старшего брата? Вроде бы да. Потом от Ореливора Второго и его сына Инзальга, тоже, кстати, Второго, они получили владения, титулы и почести за счёт разгромленных и казнённых мятежных дворян.

Как я ощутила на собственной шкуре, политическая жизнь Левора… если так можно назвать все те интриги и заговоры, в которые поневоле меня втянули… кипит, как вода в котле. Ни минуты покоя.

А что касается многочисленных Мооронов, которые плодились, как тараканы, то, как выяснилось, сажать на все хлебные места своих родственников — не самый лучший выбор. Если они и были лояльны к отцу, то это вовсе не значит, что они так же будут относиться и к его сыну. Наоборот, слова им не скажи, чуть что, лезут с наставлениями. А какому королю это понравиться, правы его оппоненты или нет?

В общем, если сначала Моороны поддерживали королевскую власть… всё-таки, как ни крути, — родная кровь… то по прошествии определённого времени, когда их стало слишком много, а хлебных мест не прибавилось, их поголовье стало не просто обузой, а смертельной опасностью для правящей династии. Да и силу к тому времени они успели набрать нешуточную — больше половины дворян было за них. С одними они были в родстве, с другими — в свойстве. Кто же не желает породниться с королевскими родственниками.

В отличие от них Майроны помногу детей иметь не могли. Появился наследник престола и хватит. А то будет у короля два сына, как после этого делить королевство? Это только в сказке какому-нибудь Иванушке-дурачку выпадает счастье: красавица девица и полцарства впридачу. В жизни никто из монархов так не поступает. Ну если только Карл Великий. Разделил свою империю между сыновьями, и Франция с Германией за Лотарингию (которую они отняли у Италии) тыщу лет воюют.

Так что волей-неволей придётся всё отдать старшему, не рвать же страну на части. А как к этому отнесётся младший? Который был сыном короля, а стал никем — ни кола, ни двора.

Один пример Филиппа Эгалитэ чего стоит.

Да-а, а тут не знаешь, куда Мооронов девать, тогда к чему плодить проблемы, в прямом и переносном смысле этого слова? Принцессу ещё можно пристроить в хорошие руки, выдав замуж за наследника какого-нибудь лаэра. И союзника своего поддержать и власть укрепить. А сына куда?

Не случайно у турок-османов пришедший к власти султан резал всех братьев вместе с их отпрысками мужского пола, а жён и матерей — в Башню Забвения.

Ну тут в Леворе, может, и средневековье, но до такой дикости ещё не дошли. Будем надеяться, и не дойдут никогда.