– Я на такое не подписывался, когда согласился вернуться, – возразил Лукас.

– Прекрати вести себя, будто ты примадонна, – сказал Слоун, – Этот подонок убивает людей.

– Если он существует.

– Он существует.

– «Собщество иезуитов», – вспомнил Лукас через мгновение.

– Что?

– «Собщество иезуитов». Они пишут две буквы после своего имени, например отец Джон Смит, СИ. Как те, что мы видели на теле Уонамейкер.

– Придумай другую теорию, – сказал Слоун, – Убойный отдел Миннеаполиса не станет гоняться за какими-то иезуитами.

Когда они ехали по мосту, Лукас посмотрел вниз, на мусорный контейнер, и увидел, что Коннел по-прежнему разговаривает с Хелстромом.

– А что представляет собой эта Коннел? – спросил он.

– Шеф тебе расскажет, – ответил Слоун, – Это настоящая заноза. Впрочем, она начала это дело. Я не видел ее вот уже пару месяцев. Быстро же она сюда добралась.

Лукас оглянулся на пристань.

– Коннел производит впечатление.

– Ей нужно как можно скорее поймать этого типа, – сказал Слоун, – В ближайшем месяце или даже раньше.

– Да? С чего такая спешка?

– Она умирает.

Секретарь начальника полиции была худощавой женщиной с маленькой родинкой на скуле и густыми бровями. Увидев Лукаса, она нажала кнопку интеркома и доложила:

– Шеф, Дэвенпорт пришел.

Она посмотрела на него, сложила большой и указательный пальцы, изобразив пистолет, наставила их на дверь кабинета и сказала:

– Входи.

Роуз Мари Рукс сидела за широким столом из вишневого дерева, заваленным отчетами и докладными записками, и нюхала незажженную сигарету. Когда Лукас вошел, она кивнула, секунду подержала сигарету в руке, вздохнула, открыла ящик стола и бросила ее внутрь.

– Садись, Лукас, – предложила она ему хрипловатым от никотина голосом.

Когда Лукас уходил со службы, кабинет Квентина Даниэля, где всегда царил полумрак, поражал своей чистотой и безупречной аккуратностью. Кабинет Рукс был завален книгами и отчетами, на столе валялись разрозненные листки бумаги, калькуляторы, компьютерные диски и стояли картотечные ящики. Все вокруг заливал резкий свет флуоресцентных ламп под потолком, который добирался даже до самых дальних углов. Даниэль никогда не пользовался компьютером, сейчас же рядом с письменным столом красовалась новейшая модель «Ай-би-эм», а в левом верхнем углу экрана моргала лампочка ждущего режима. Рукс заменила кожаную мебель, популярную в мужских клубах, на удобные мягкие стулья.

– Я читала отчет Купичека по делу разграбления могил, – сказала она, – Кстати, как он?

– Ходить не может.

У Лукаса имелось два помощника – Дел и Дэнни Купичек. Сын Купичека наехал ему на ногу, когда сидел за рулем «доджа каравана».

– Его не будет месяц.

– Если средства массовой информации заинтересуются делом о могилах, ты сможешь ответить на их вопросы? Или нужно будет обратиться к Купичеку?

– Конечно смогу, – ответил Лукас, – Только сомневаюсь, что они узнают об этом.

– Ну не знаю… История-то классная.

Сначала серию ограблений могил посчитали делом рук мародеров, охотящихся за обручальными кольцами и прочими драгоценностями, хотя помешанные на заговорах придурки в их департаменте твердили, что во всем виноваты сатанисты и что они используют части тел для проведения черных месс. Как бы там ни было, родственники покойных начали возмущаться, и Рукс попросила Дэвенпорта разобраться, что там происходит. Примерно в это же время стали появляться ювелирные изделия со вставками из гладко отполированных костей пальцев ног и рук. Купичек нашел женщину, которая делала и продавала эти украшения, нажал на нее, и кражи прекратились.

– Ее бижутерия действительно отлично смотрится с простым черным платьем, – сказал Лукас, – Конечно, нужны еще и сережки.

Начальник полиции криво ухмыльнулась.

– Ты говоришь так, потому что тебе на все плевать. Ты богат, влюблен, покупаешь костюмы в Нью-Йорке. Какое тебе дело до других?

– Это не так, – мягко возразил Лукас, – Но согласись, довольно трудно испытывать сильные чувства по поводу жертв, которые и без того мертвы. Почему ты меня вызвала?

Возникла пауза. Лукас ждал продолжения. Рукс снова вздохнула.

– У меня проблема.

– Коннел?

Шеф удивленно посмотрела на него.

– Ты знаешь ее?

– Познакомился примерно час назад в Висконсине. Она там всеми командовала.

– Да, это она, – подтвердила Рукс, – Всегда командует. Как она узнала об убийстве?

– Понятия не имею, – пожал плечами Лукас.

– Проклятье, она давит на ребят в отделе, – Рукс задумчиво прикусила ноготь и повторила: – Проклятье.

Вскочив на ноги, она подошла к окну, раздвинула пальцами полоски жалюзи и быстро выглянула на улицу. Когда-то она была стройной молодой женщиной и хорошим полицейским. Но долгие годы сидения в мягких правительственных креслах не прошли даром для ее физической формы.