– Верю. А как ваши родители относятся к тому, что у вас будет работа на полный день?

– Никак, - тут Янош уже врать не стала, потому что перезвонить родителям и проверить правдивость ответа этот Виктор как раз очень даже мог. Служба опеки - серьезная угроза, лучше всегда обезопасить себя от претензий, хотя бы предупредив родителей.
– Я маме хочу сережки купить в подарок на день рожденья, а у меня карманных не хватает. И на карманные как-то нечестно покупать, ведь мне их Мла.. папа дает. Получается, это его подарок, а не мой.

– Сережки в подарок, значит...
– вздохнул Виктор, барабаня тонкими пальцами по столешнице.
– Дело хорошее, конечно. Ладно, скажу вам честно, Янош. Мне импонирует ваша живость и желание порадовать маму, но вот навыки вызывают сомнения. Да и возраст... Если с вами что-то случится на работе, даже если вы коленку разобьете, то служба опеки меня съест. Ведь согласие родителей, я так понимаю, вы получать не хотите?

– Ага, - грустно согласилась Янош. Неужели пролетает?

– И звонить им я тоже не должен?

– Ну, лучше, чтоб это сюрприз был. Работа и сережки, - торопливо пояснила она. Из глубины души поднимался какой-то злой азарт. Значит, этот парень не верит, что Янош круто гоняет на роликах?

Виктор снова вздохнул и поправил очки.

– Если бы я мог получить хоть какое-то подтверждение, что вы способны выполнять работу курьера, мы бы уже подписывали контракт. Но...

– А вы проверьте, - вкрадчиво предложила Янош и искоса взглянула на менеджера из-под густых ресниц. Раз "детская непосредственность" не сработала, можно изобразить "плохую девчонку". До Младшего, виртуозного игрока на человеческих инстинктах, она еще не доросла, но кое-чему уже научилась. Например, тому, что красивым людям, что бы там ни проповедовали в "Идеалах равенства" в вечернем эфире, всегда оказывается предпочтение. А Янош была очень, очень красива.
– Карту города я видела. Отсюда, из ресторана, можно попасть в любую его точку не больше, чем за двадцать минут.

Чем дольше она говорила, тем меньше оставалось в голосе искренних детских интонаций. Он становился глубоким, металлически холодным. "Звуки и запахи влияют на человека гораздо больше, чем визуальный ряд", - объяснял как-то Старший. Ну, что ж, изменять свой запах по желанию Янош еще не умела, но вот проворачивать такие несложные штучки с голосом научилась уже года три назад. На родителей это, конечно, не действовало, но на всяких посторонних, особенно чистокровных людей - вполне.

– Испытать?
– Виктор выглядел изрядно сбитым с толку. Только что перед ним сидела веселая синеглазая девчонка со смешными косами цвета спелой пшеницы, а теперь вдруг она превратилась в хладнокровную расчетливую девицу. Мелкого роста, правда, но явно из той рано взрослеющей породы, представители которой никогда не позволяют вмешиваться в свои дела какой-то там службе опеки.
– Как?

– Дать задание и посмотреть, насколько быстро я доставлю посылку.

– За двадцать минут - в любую точку города?

– Не больше, чем за двадцать минут, - Янош еще раз припомнила карту города и уточнила: - В кварталы с первого по шестой - наверное, подольше. Там ограничение по скорости.

Виктор с сомнением снял очки и повертел их в руках. Глаза у него оказались серые, холодные, глубоко посаженные. С такими рисуют трагических злодеев в мультиках.

Впрочем, в жизни все иначе. Самое жестокое существо, которое когда-либо видела Янош, имело облик юноши с белоснежными волосами и небесно-голубыми глазами бога милосердия.

– То есть вы предлагаете взять себя на испытательный срок?

– Ага.

– На день?

– Хотя бы на один заказ, - белозубо улыбнулась Янош.

Молчание затянулось. Виктор задумчиво прикусил дужку очков, обвел взглядом захламленный стол и вдруг решился:

– Ну, хорошо. Я дам вам одно задание. Если справитесь - заключаем контракт. Если нет - поищете другое место работы, хорошо?

– Хорошо, - покладисто кивнула Янош, подозревая подвох. Наверняка ее сейчас пошлют в самый дальний конец города по какому-нибудь сложному маршруту... С другой стороны, никто не тянул ее за язык с этими двадцатью минутами. Впечатление-то она, конечно, произвела, но теперь нужно его закрепить.
– А когда?

– Можно прямо сейчас, - Виктор напялил очки, хрустнул пальцами и застучал по клавиатуре.
– Я вам сейчас оформляю запрос. Потом пройдем на кухню, возьмете там переноску с заказом, адрес и форму для росписи. Заказ для моей жены, - пояснил он зачем-то.
– Мы как раз на другом конце города живем, за одиннадцатым кварталом. Анну я предупредил. Отдадите ей коробку, получите роспись в форму и вернетесь. Если справитесь за час - берем вас на работу.

Оформление заказа заняло некоторое время. Потом Виктор проводил Янош на кухню - точнее, не на саму кухню, туда только повара с официантами и допускались, а в специальное помещение курьерского отдела, которое было расположено впритык к ней.

– Александр, я новенькую привел!
– звучно прокричал Виктор, заглянув в дверь.
– Заказ готов?

– Все готово, - недовольно откликнулся Александр - мужчина уже в летах, весьма скромного роста и полненький. Янош едва не прыснула со смеху, когда увидела его. Оранжевые джинсы с голубой рубашкой - это оригинально, но уж больно глаз режет.
– Вот эта девочка новенькая? И чего ты ее по самому сложному маршруту отправил? Чего не в ближние кварталы?

– А это у нас испытание, - серьезно откликнулся Виктор.
– Девочка говорит, что в любой конец города за двадцать минут долетит.