Св. Гертруда Великая (+1302) была принята в монастырскую школу в Гельфте в пятилететнем возрасте; принимала ее Гертруда Хакеборнская — основательница монастыря. Гертруда была блестящей ученицей и так увлекалась литературными занятиями, что пренебрегала духовной практикой. В 1281 г., в двадцать шесть лет, Гертруде было видение Христа, после которого она со всей ревностью отдалась молитве, чтению Священного Писания и Отцов Церкви, особенно св. Августина, св. Григория, св. Бернарда и Хуго Сен-Викторского.

Центром духовной жизни было для Гертруды богослужение, и в мистические экстазы она впадала в основном во время мессы, обычно пораженная какими-то словами или фразами, полностью овладевавшими ею. Как и у св. Бернарда, ее духовная жизнь была главным образом сосредоточена на Христе; она глубоко почитала Евхаристию, страдания Христа и рану от копья на Его теле. [390] В 1284 г. Гертруда удостоилась стигматов в неявной форме, а также переживания удара копьем в сердце.

Между 1261 и 1302 г.г. св. Гертруда написала работу Вестник Божественной любви(по мнению некоторых критиков, не полностью принадлежащую ей) и самую крупную свою работу Духовные упражнения. [LXXII] Доктринальная основа этих работ свидетельсвует о сильном доминиканском влиянии, однако в общем они выдержаны в духе христологии св. Бернарда. Св. Гертруда была горячей почитательницей Святого Сердца, но она видит его сияющим в славе, сокровищницей, светильником, расположенным между Небом и Землей, видит его своим жилищем. В ее поклонении Сердцу Иисуса нет ничего ни от страдания, ни от искупления. [391]

Св. Лютгарта и св. Бригитта Шведская — две другие святые, заслуживающие упоминания в этой связи. Цистерцианская монахиня св. Лютгарта (+1246) тоже отстаивала культ Святого Сердца и сосредоточила все богословие этого культа на любви. [392]

Духовность св. Бригитты оставалась полностью в цистерцианской традиции, концентрируясь на страдании Христа и почитании Девы Марии. После паломничества в Сантьяго де Компостела муж Бригитты ушел в цистерцианский монастырь в Швеции, где через несколько лет умер… Начиная с этого времени св. Бригитта все больше и больше направлялась Богом к пророческому пути, похожему на путь св. Екатерины Сиенской. По Божьему повелению она давала советы великим правителям и представителям высшего духовенства. Во время шестимесячного пребывания в Святой Земле Бригитта получила много откровений о страдании и смерти Христа, описание которых было впервые опубликовано в 1492 г. в Любеке. Бригитта также основала орден монахинь-созерцательниц, посвященный прославлению Бога и искуплению грешников. Ее книга об откровениях получила одобрение Папы Бенедикта XIV как книга о личных откровениях, которая при осмотрительном отношении может быть вполне полезной верующим. [393]

ЭКХАРТ, ТАУЛЕР, СУЗО

На протяжении четырнадцатого века францисканцы и доминиканцы особо заметно выделялись в качестве духовных руководителей монахинь в закрытых монастырях. Известно, что провинциальный капитул немецких доминиканцев одно время попытался отойти от этого служения в виду того, что оно отнимало у очень многих братьев почти все время, но Святой Престол настоял на продолжении этого вида апостольской деятельности. Однако в 1325 г. капитул доминиканцев осудил тех братьев, которые своими проповедями посвящали в тонкости мистической жизни людей, способных с легкостью исказить доктрину.

В интеллектуальном плане группа немецких доминиканцев, не бросая враждебного вызова учению св. Фомы Аквинского, предпочла учение св. Альберта Великого и неоплатонизм Вильема Мербеке. В число этих доминиканцев входили Хуго Страсбургский, Ульрих Страсбургский и Тьерри Фрайбургский. В четырнадцатом веке, когда в духовности католиков наблюдалось сильное тяготение к мистической стороне христианской жизни и самосовершенствования, подход, предлагаемый неоплатонизмом, казалось, давал много более удобное средство выражения и описания, чем спекулятивный, подробно аргументированный, восходящий к Аристотелю подход св. Фомы.

Средневековая духовность была явно ориентирована на созерцание и мистический опыт. Для достижения же этой цели предлагались определенные аскетические средства полное самоотречение, полное подчинение Божественной воле и отказ от всех чувственных образов (даже Христа в человеческом воплощении). Такой путь, как полагали, должен привести к соединению с Богом, причем настолько сокровенному, что между душой и Богом может иметь место только связь, рождающая этот союз, состоящий в обожении, обеспечивающем уже в этой жизни неразлучность души с Богом. [394]

Нетрудно понять, что подобная доктрина допускала пантеистическое толкование, и почти не вызывает сомнений то, что некоторые авторы действительно делали неосмотрительные, слишком смелые заявления о природе мистического соединения с Богом. [395] С другой стороны, вряд ли можно было бы рассчитывать, что каждый писатель ясно и точно опишет природу преобразующего единения.

Войдя в атмосферу четырнадцатого века, мы можем сосредоточить внимание на личностях, сформированных ею и содействовавших развитию духовности в традиции Дионисия. Ведущей фигурой, вне всякого сомнения, был немецкий доминиканец Майстер Экхарт (1260–1327). Известнейший богослов и проповедник, он к тому же занимал многие ответственные должности в управлении доминиканского ордена.