– Терри! Это я, Кэт! Вернись!

Но парень даже головы не повернул. Бедняга! Как она его понимала! Намеки в адрес Симоны, постыдное положение родителей и двусмысленное – сестры…

Терри уже причаливал к яхте. Кэт повернула к дому, пробираясь сквозь заросли агав и юкки…

– Господи, ты все же пришла!

Прежде чем Кэт успела обернуться, крепкие руки обвили ее талию и прижали к широкой груди, грубые губы нашли ее рот и прильнули в горячем поцелуе. Кэт не могла ни вскрикнуть, ни сопротивляться…

Наконец чужие губы оторвались от ее рта и раздался шепот:

– Я боялся, ты уже не придешь…

Теперь и Кэт узнала Дона Берда, и он ее. Руки его бессильно повисли, а она осознала потрясающую правду. Но, стараясь держать себя в руках, заметила:

– Похоже, вы ошиблись, мистер Берд.

– Но она тоже была в белом, – растерянно пробормотал он.

– Вы приняли меня за Элен. Значит, у вас с ней…

– Я ведь сказал, что этой свадьбы не допущу… Теперь вы знаете, почему.

– Скажите правду: Элен вас любит?

Его глаза сверкнули.

– Если понимает, что для нее хорошо, а что плохо, – должна любить.

– Тогда зачем ей выходить за Ивара?

– А мне откуда знать? Кто знает, что у нее в голове? Ивар богат, блестящ и симпатичен… А она молода, глупа и боится. Я ничего не понимаю, и потому просил ее прийти сюда. Нам удалось поговорить. Я умолял ее все бросить и ехать со мной. У меня нет ни гроша, и в Нью-Йорке нам пришлось бы нелегко, пока я устроюсь. Конечно, про учебу придется забыть, но ради нее…

Дон не договорил и крепко сжал ее плечо. На дорожке мигнул огонек сигареты и появился силуэт Ивара Дрейка.

– Дон, я сегодня ночую на острове. Приготовьте там все и заодно распакуйте мои вещи, – он вытащил связку ключей, потом взглянул на Кэт. – Надеюсь, Дон, вам приятно было поболтать с мисс Кэт, но это последний разговор. Я вам плачу не за болтовню.

Дон поднял на него глаза, спокойно буркнул «Ладно!» и удалился.

Ивар швырнул в воду недокуренную сигарету и подошел вплотную к Кэт. Ее вдруг охватил необъяснимый страх.

– Дорогая, ты стала настоящей красавицей, – протянул он руки. Она хотела оттолкнуть их, но не могла пошевелиться. – Еще красивее… И так же темпераментна… – его руки скользили по ее обнаженным плечам!

– Тогда я тебя недооценил, верно? А тебе показался чудовищем, губителем невинных девушек. И ты примчалась спасать племянницу, верно?

Он усмехнулся, сверкнув белыми зубами.

– На твоем месте я спокойно наслаждался бы солнцем и морем. У тебя все равно ничего не выйдет.

Она подняла глаза.

– Ты так уверен?

– Я хочу, чтобы Элен стала моей женой. И она ей станет.

– А она хочет за тебя замуж?

– Интересный вопрос. Да и сама она – интересная штучка.

– А она тебя любит?

Он расхохотался.

– Ты думаешь, после Розмари я рискнул бы еще раз жениться на любящей меня женщине?

В лунном свете Кэт прекрасно разглядела его кривую циничную ухмылку.

– Бедняжка! До чего же все порядочные девушки наивны! Ты вбила себе в голову, что я довел Розмари до самоубийства, да еще наслаждался ее страданиями. Пойми, она сама меня преследовала! И просто чудо, что не я прыгнул из окна!

Кэт чувствовала, как все сильнее его ненавидит.

– Ты знаешь, Розмари вела дневник, – заметила она. – И переслала его мне.

– Зеленая книжонка, что у тебя с собой?

– Я намерена показать его Мод. Причем сегодня же.

– Так ты еще не показала? – расхохотался Ивар. – Вряд ли это сработает. У твоей сестры хватит ума понять свою выгоду. Так что излияния истерички на нее впечатления не произведут.

– Какой же ты мерзавец! Мод терпит твою помощь Гилберту, но это еще не значит…

– Кэт, я не утверждаю, что купил твою сестру со всеми потрохами. Но ни Мод, ни Гилберт мешать мне не станут. Так что лучше радуйся жизни и не морочь им голову.

– Чего ты добиваешься?

Ивар шагнул вплотную, крепко обнял ее, притянул к себе и поцеловал. Кэт изо всех сил рванулась из его объятий. Ивар недоверчиво глянул на нее.

– Ну что же, я не намерен конкурировать с собственным матросом…

Кэт в упор взглянула ему в глаза, пожала плечами и зашагала к дому. Немного постояв на залитой луной террасе, она вошла в гостиную. Там в полном одиночестве сидела Мод. При виде Кэт она встала.