Шрифт:
– Они слишком острые для тебя…
Так, понятно, грабеж под маской добродетели. Не видать мне моих кинжальчиков, как своих ушей! Ладно, плюсуем их к общему счету мести.
Ты еще пожалеешь, что со мной связалась!
– Так будет лучше! – сказала Дина, гладя лошадь рукой по крупу.
Несомненно. Осталось только выяснить, кому именно…
Потом мы опять сели на лошадей и поплюхали дальше, опять по каким-то заросшим тропам, ныряющим то в овраги, то в кусты. После обеда мне стало полегче, и я решил выяснить, прав ли в своих подозрениях насчет эмпатической способности варгов.
Над головой в прорехи деревьев светило голубое небо, лился солнечный свет, зеленели кусты… Все было ярко и празднично. И вот среди этого великолепия и красоты я ехал и «вонял». В ментале. Я представлял себе блевотину. Какая она мерзкая на вид. Какая она вонючая, противная и зеленая. Как она пахнет и что там в ней есть. И все чувства, которые я при этом испытывал, я усиленно транслировал в ментал, стараясь поделиться ими по максимуму с окружающими.
Зубастики как-то подотстали и ускакали вперед. Рядом осталась только леди Дина с кислым лицом. Я заметил, как она пару раз поморщилась.
Хорошо, похоже, эффект есть… А если теперь сменить направление вектора?
Я принялся усиленно думать о том, какие варги прекрасные существа, как они красивы и какое счастье находиться с ними рядом.
Ускакавшие вперед Рима и Линнела притормозили, давая себя догнать. Отставшие Жаклин и Эльвира пришпорили коней. Дина улыбнулась.
Так, отлично, а теперь снова – блевотина!
Картина повторилась, как и в первый раз. Все постарались быть от меня подальше.
Чудненько.
Я снова поменял вектор.
Поэкспериментировав и погоняв настроение туда-сюда, я пришел к безрадостному для себя выводу. Зубастики были менталками. Причем, похоже, врожденными.
Прелестно, просто прелестно! Это ведь они меня насквозь чувствуют! Ничего не скроешь. Соврать не получится – враз ущучат! И как же мне теперь быть? С моими остатками эмпатии? Сихотский мир! Угораздило же меня…
Оставшееся время до вечернего привала я размышлял над тем, как мне быть и что мне делать.
Тут еще в голову влез дурацкий припев из земного фильма:
Мама, мама! Что я буду делать? Ку… Мама, мама! Как я буду жить? Ку…» [3]Прокрутив его в голове под свои невеселые мысли раз пятьсот, я наконец поклялся забыть этот припев навеки и принял решение.
Придется делать хитрое плетение, чтобы при обращении к любой из них автоматически излучались в ментал восхищение и радость. Вроде должно получиться… А вести буду себя, как добрый, но простой-простой княжеский сын, оставшийся разумом где-то еще в детстве. Что с такого возьмешь? А сам пока поищу способ слинять, да и отшутиться нужно. Сориентируюсь только, где тут пошутить лучше всего… Чтоб запомнилось…
3
Песня из фильма «Кин-дза-дза!».
На ночевку встали на большой поляне, подальше от деревьев. Расседлали лошадей, развели костер и принялись готовить ужин.
Я ни к кому не лез, сидел и потихоньку наблюдал за окружающими. На меня не обращали внимания, все занимались своими делами. Даже были моменты, что со мной рядом вроде никто не находился.
На побег, что ли, провоцируют? Вот и не угадали! Прям щас я так вскинусь и побегу в вечерний дикий лес с голыми руками! Дудки! Дураков нет! Подождем более благоприятного момента…
То, что я был прав и от меня ожидали более активных действий, я понял по нескольким разочарованным взглядам вернувшихся зубастиков, которые непонятно зачем куда-то ходили.
Обойдетесь… Я вам потом развлекуху устрою…
На ужин давали кашу из местных бобов с мясом.
Горелая…
Я поморщился, попробовав первую ложку.
– Что? Не нравится? – агрессивно поинтересовалась кашеварившая Рима.
– Помню, как-то батюшка нашего повара за такую кашу приказал пороть на конюшне! – провещал я, глядя ей прямо в глаза и лучезарно улыбнувшись.
Какая ты красивая и замечательная! Я в восхищении, добавил я в ментале.
Услышав, что я сказал, Эльвира и Жаклин одновременно фыркнул в свои ложки. Каша полетела во все стороны.
– Дарг! – ругнулась Дина, вытирая лицо.
– Что ты сказал? – вспыхнула Рима.
– Да так… О доме вспомнил… Скучаю… – невинно улыбнулся я, глядя ей в глаза.
Я не вру… Я действительно хочу домой…
Я кинул в ментал свои чувства, вспоминая Эсферато.
Эльвира с Жаклин захрюкали в свои миски. Мгновение спустя к ним присоединилась Линеллла.