— Дварх-адмирал, простите, что я прерываю ваш отдых, но у меня возникли некоторые мысли, о которых я хотел бы рассказать вам, — осторожно начал Теймо.

Эмофон… Дарли нахмурилась. Что такое? Он растерян и… откуда это? Огорчен и напуган?

— Теймо, давайте опустим предисловие, — попросила она. — О чем вы хотите поговорить?

— Дарли, вы знаете, что я — гермо, — официал сел на услужливо поднявшийся из пола стул. — У меня было трое детей, сейчас все они уже взрослые. Той семьи больше нет, у меня теперь новый брак и работа… я не могу позволить себе жениться во второй раз. Но суть не в том.

Дарли кивнула. Он почти ничего о себе не рассказывал, но кто-то из двархов однажды попросил ее не беспокоить Теймо, когда ей понадобилось связаться с ним. По словам дварха, рауф в тот момент молился — за двоих братьев по браку и за мужа. Если учесть, что Теймо больше трехсот лет, то…

— К чему вы говорите это?

— К тому, что я люблю детей и всех троих воспитывал от младенчества до совершеннолетия. Знаете, Дарли, дети любят играть. И логика ребенка в игре сильно отличается от логики взрослого. Взрослый будет видеть игру на несколько ходов вперед, а ребенок, даже если его специально учить этому, все равно не обладает достаточным жизненным опытом для того, чтобы просчитать все варианты. Даже самый развитой ребенок, которого с первого дня жизни учили думать. Не слепо повторять за взрослыми, а именно думать.

Дарли кивала в такт его словам. Она чувствовала: ее собственные мысли и мысли Теймо каким-то странным образом сходятся. Да, они действительно подошли к одному и тому же выводу, только с разных сторон.

— Я анализировал то, что видел. И вот что у меня получилось. Действия того, кого мы называем дьяволом, больше похожи на действия в игре ребенка, но отнюдь не взрослого. Они спонтанны. Они не учитывают того, во что могут превратиться в будущем. Они порой курьезны…

— Ничего себе курьез, столько народу перебили, — буркнул с потолка дварх.

— В этом-то и суть! — Теймо поднял взгляд. — Вот смотрите. Пример, который мы наблюдаем сейчас. В пространство Ордена ведут несколько порталов, верно? Их вполне можно найти. А флот, весь флот, причем немалого размера, движется сейчас к порталу, через который прошла станция, и полностью игнорирует остальные. Ведь это так?

— Да, — кивнула Дарли. — Но, может быть, у них недостаточно техники и знаний, чтобы обнаружить другие…

— Тогда они не сумели бы обнаружить этот, — парировал рауф. — А они его, считай, уже нашли. Дело не в технике, не в знаниях, а в логике, которой они руководствуются. Это логика трехлетнего малыша, перед которым размахивают конфетой… он пытается ее достать, даже не думая о том, что подлый взрослый держит за спиной в кулаке еще одну. Которую достать значительно проще.

Дарли пристально посмотрела на Теймо. Да уж, не зря в Официальную Службу такой отбор. Он ведь простой рядовой дипломат, пятого класса, кажется, не выше. Маловероятно, что сумеет подняться даже до третьего, несмотря на все способности. И — вот такие выводы.

— Теймо, вы хотите сказать, что эта сила… — начала она, но тот поднял руку, давая понять, что еще не закончил.

— Я хочу сказать, что эта сила, как мне кажется, сама не имеет представления, что она на самом деле такое, — продолжил он. — Мы этого, конечно, тоже знать не можем, но я бы очень не хотел, чтобы страдали дети.

— Там полно взрослых людей, — вмешался дварх.

— Это не имеет значения, — покачал головой рауф. — Я говорю не о людях, из которых состоит флот. Я говорю о силе, которая им управляет. Флот — пешки, разменные фигуры. Я говорю про игрока.

— Вот тут, Теймо, я позволю себе с вами не согласиться, — Дарли строго посмотрела на рауф. — Дело в том, что эти, как вы их назвали, разменные фигуры полностью орденопригодны. Все до единого. И я бы попросила вас воздержаться от подобных аналогий.

— Хорошо, — легко согласился он. — В таком случае задача усложняется еще больше. Если вы помните, у Скрипача в воспоминаниях был один фрагмент — из разговоров с дьяволом. Ит сказал, что Скрипачу не понравились корабли, а дьявол ответил, что корабли вскорости станут не нужны.

— Да, этот момент я помню, — подтвердила дварх-адмирал.

— А теперь подумайте, что сделают с нами и с Орденом эти орденопригодные люди, если корабли им действительно станут не нужны, — пристально посмотрел на нее Теймо.

— В таком случае я могу вам сказать, что упомянутый вами трехлетний малыш вооружен плазмером как минимум, — усмехнулась Дарли. — А то еще чем похуже.

— Я не понял, мы соглашаемся или спорим? — Теймо удивленно поднял бровь.

Дарли засмеялась.

— По всей видимости, соглашаемся, — заключила она. — Ну что ж. В таком случае нам необходимо срочно созывать совещание, чтобы разработать тактику и стратегию этого…

Она не договорила. Тактику чего, действительно? Боя? Нет, конечно. Переговоров? Тоже нет.