Впрочем, тепловые детекторы пока ничего не фиксировали. Василий снял маску, прислушался и принюхался — как будто ничего примечательного, надел снова.

— Что вы так встрепенулись, аж даже пульс участился на 30 ударов в минуту? Давайте не будем терять время. Нам еще идти и идти, — зазудел Вергилий. Кажется, он был не слишком высокого мнения о способностях своего подопечного.

— Не нравится мне как-то и что-то. Не могу я здесь бодро топать вперед, как по Невскому, то есть проспекту Бжезинского. Появится за спиной моджик с лимонкой — и всё, в коммуне остановка. Наверное, ты считаешь, что у меня оплачена дорога только в одну сторону?

— Я все время анализирую показания химических детекторов, — стал успокаивать его Вергилий. — Понимаете, от грязного-то человека разит за сто шагов, метилиндол и всё такое, а негрязного тут не может быть. Никого в этом туннеле нет, если не считать членистоногих, которых я не фиксирую.

— Ты как-то оскорбительно высказываешься о людях, — возмутился Василий. — Еще неизвестно, как ты сам завоняешь, если тебя вытащить из моего тела и сунуть в пионерский костер. А если кто-то из этих джигадистов помоется в виде исключения?

— Ладно, ладно, — пошел на попятную Вергилий, — не будем выяснять, кто дурак, хотя это любимое занятие людей… Сейчас я выведу схему дренажной системы — только не спрашивайте, откуда она у меня — и предложу альтернативные пути выдвижения.

Навигатор нарисовал в виртуальном окне схему и несколько кривых стрелочек, которые привели Василия к решетке в полу. Ниндзя, крякнув, отжал ее и глянул вниз. Уровнем ниже проходила канава высотой не более метра, с многообещающей жидкой грязью на дне. О-ба-на…

— Приятной прогулки, сударь мой, — ехидно пожелал Вергилий, — только крышку не забудьте за собой закрыть.

Василий обреченно сполз в канаву, задвинул над собой решетку и двинулся вперед на сильно согнутых ногах — в детсаду это называлось «по-утиному». От грязи сильно разило дохлятиной, так что пришлось снова воспользоваться газовой маской. Василий боялся наткнуться на гниющие останки, но вспомнил, что наноплант, из которого вырастают нынешние офисные здания — материал квазиживой, обладает обменом веществ и выводит продукты распада. Пока работали насосы, метаболиты утекали в огромные отстойники, расположенные в городских гетто.

— Вы сами этого хотели, — уколол Вергилий, чтобы ему провалиться в унитаз.

Через двадцать метров канал закончился кубической камерой вроде небольшого отстойника. В ее стенах — два проема на полметра в диаметре. Лучше никакого выбора, чем такой выбор.

— Не задерживайтесь, это не музей, — напомнил Вергилий, — дальше придется на четвереньках.

Нарисованная им стрелочка вела в левый лаз.

— Да помолчи ты, я как будто слышу… чье-то дыхание. Хотя, может это газовая маска «фонит».

Когда он уже собрался мужественно лезть в проем, луч фонаря случайно упал на свод камеры. По периметру его огибала балка, за которой проглядывалось несколько ниш; так вот в одной из них лежало тряпье. Василий сразу подумал, кто и зачем его туда засунул?

Он подпрыгнул и ухватился за край тряпки. За этим краем потянулись и все остальное. Из рванины вдруг вынырнуло лицо, вернее выглянул глаз. А потом вся куча тряпья спрыгнула вниз и попыталась юркнуть мимо Василия в правый проём. И ей это удалось.

Василий от неожиданности свесил челюсть на грудь, затем попробовал ухватить убегающую кучу, но ударился головой о стенку и на какой-то промежуток времени отпал, предавшись своим ощущениям. Затем все-таки полез следом — решил взять языка. Протискиваться мешали то колени, то задница, то голова, то штурмгевер, так что Майков уже подумывал, не пальнуть ли в улепетывающее тряпье. Пока думал, тряпье неожиданно исчезло. Как будто истлело в момент. Бррр, готика, будто не в дренажной системе, где метаболиты да вонь, а в лабиринтах старинного замка тринадцатого столетия. Впрочем, и в замках того самого столетия было богато по части метаболитов и вони. Куда рыцари гадили? Ясное дело. Если не в ладошки своим крестьянам, то в любую ямку. А куда мусор выбрасывали? В уголок.

Но если готика-невротика тут не при чем, значит тряпье скрывает какое-то живое существом с почти разумным поведением. При царящей здесь антисанитарии местный обитатель должен представлять собой мутанта с фильтрующим носом длиной минимум в тридцать сантиметров.

— Вы выбрали не тот канал, — сообщил Вергилий, — так что я за последствия не отвечаю.

Василий стал разворачиваться в обратную сторону, к отстойнику, но неожиданно его руки, щупающие стенку, куда-то провалились. Так и есть, еще одно ответвление, нормальный канал или тупичок? На схеме-то его нет. Василий посиял в дыре фонариком и обнаружил ту самую кучу тряпья.