Ребята зашумели. Старик встал и долго выбивал трубку. Стемнело, на небе зажглись звезды. Отец никак не мог справиться с трубкой. Все молчали. Наконец, он обернулся к ним:

– Так вот как, плуты? Выходит, вы играли только ради меня? Гм… Значит… значит со всем покончим… бутсы забросим на чердак… расшнуруем мячи и выпустим из них дух.

– Только из мячей, отец! – наперебой кричали клапзубовцы.

– Все равно, выпустим дух! Спустим флаг… Команды Клапзуба уже не будет…

Подбородок у него дрожал. Только теперь ребята поняли, что отец всю свою душу вкладывал в их игру. Они бросились к нему, обняли, стали просить прощения, успокаивать.

– Черт возьми, черт возьми! – выругался он, наконец. – Дайте мне, по крайней мере, набить трубку Его английского величества. Ведь другой мне уже не получить, не сидеть больше в ложе с королями! Я все ждал: придет время, и вы разойдетесь кто куда, но думал – не иначе, как из-за женщин! А пока, как вижу, вы хотите быть любителями! Ну, пойдите к матери, пусть и она, бедняжка, узнает!

В этот вечер в хибарке после большого перерыва опять слышались разговоры и громкие возгласы, как в те времена, когда отец впервые собирал их в Прагу на матч. Среди шума ребята даже не заметили, что старый Клапзуб вызвал Клапзубову на крыльцо. Они стояли там в темноте, и старик давал жене указания.

– …не говори им, сколько у нас денег! В гроб мы с тобой сбережения не возьмем, все им останется. Но теперь они не должны об этом знать. Эти деньги могут их испортить. Молодые – пусть пойдут и заработают. Молодому человеку деньги не впрок. Пойдут, пробьются, пусть в жизни добиваются победы, как на стадионе, – тогда узнают цену деньгам. Настанет пора, захотят жениться, и тогда им какая-нибудь тысчонка-другая будет весьма кстати…

Удрученная Клапзубова, сложив усталые руки под фартуком, едва сдерживала слезы. Но слушала мужа внимательно и на все кивала головой. Ведь он, старый Клапзуб, все на свете так устраивает, что ей остается только ахать и от удивления всплескивать руками. Она и сейчас поняла его новый замысел, одобрила, и оба успокоенные вернулись к сыновьям.

Те все еще оживленно разговаривали и строили планы на будущее. Их славы футболистов словно и не бывало, каждый интересовался только тем, кем он будет, как лучше устроиться, чтобы прожить. Их врожденные способности, направленные исключительно на футбол, сейчас сразу пробудились. Они вдруг увидели, что жизнь значительно богаче и полнее, чем они до сих пор считали, что в мире для молодого человека существуют обязанности гораздо серьезнее, чем ,они себе представляли. С той минуты, как спорт перестал быть их профессией и стал тем, чем он в действительности является, то есть здоровой игрой/ удовольствием и дополнением к общественной жизни, они поняли, что главная задача заключается в труде, а не в игре. Было бы неестественно, чтобы молодые люди, воспитанные в нормальной обстановке, здоровые душой и телом, не поняли, в чем заключается смысл жизни. Наоборот, они быстро соображали, прикидывали все возможности и искали пути, как бы им поскорее и получше занять соответствующие места в обществе. Они проверяли свои способности, склонности и влечения, и, если бы после полуночи старый Клапзуб не разогнал их, они проговорили бы до утра. И, лежа в постели, ребята не думали спать – слишком велик был переворот в их судьбе. Петух уже пропел не первый раз, приветствуя новый день, когда у ребят стали смыкаться глаза.

Спали они необычно долго: старый Клапзуб не пришел по обыкновению будить сыновей. Он позволил им спать до полудня и приветствовал их с хитрой улыбочкой, когда они с громкими криками явились к завтраку. Старик глаз не мог отвести от сыновей, видя их за столом молодых, здоровых, полных сил и жизнерадостности. Он тоже до вчерашнего дня видел в них только игроков, материал для игры и ни о чем другом не думал. Только сегодня отец заметил, как они возмужали и превратились в дельных молодых людей. От радости он чуть не забыл, что в кармане у него лежит бумажка, которая их озадачит. Когда они позавтракали и поднялись было из-за стола, он встрепенулся и сказал:

– Подождите, ребята, тут для вас кое-что пришло!

И, вынув руку из кармана, положил на стол телеграмму.

Сложенная четвертушка бумаги смутила развеселившихся молодых Клапзубов. Они растерянно смотрели на таинственную депешу и загадочное лицо отца. Наконец, Гонза опомнился и распечатал телеграмму. Она была от Винценца Мацешки из Лондона и гласила:

«Австралия вызывает на матч чемпиона мира через три месяца Сидней телеграфируйте условия Мацешка».

Гонза дал телеграмму Иосифу, тот дрожащими губами шепотом прочел ее по слогам и передал Карлику, и так шла телеграмма из рук в руки, и каждый собственными глазами читал неожиданное предложение. Через три месяца в Сиднее розыгрыш первенства мира? Клапзубовцы против Австралии? Каждый чувствовал, как от волнения у него захватывает дух. Они растерянно смотрели на старого Клапзуба, который как ни в чем не бывало передвигал трубку из одного угла рта в другой. Наконец, Гонза нарушил молчание.

– А что вы на это скажете, отец?

– Ну что сказать? – не спеша ответил старик. – Жаль, что она пришла так поздно! Играть уже не будем, чего тут мучиться… Мы с матерью решили, что нам делать. Сегодня я договорюсь в деревне насчет плуга, и, как только получу его, перепашем площадку и засеем. Земля тут отдохнула, поле будет прекрасное! Конечно, не прими вы решения, черт побери, континент двинули бы в Австралию.

– Мы тоже так думаем, – хором подтвердили сыновья. – Первенство мира! За него следует побороться!