— Девочка моя, как ты себя чувствуешь? Выпьешь воды? Может быть, вызвать врача?

— Ничего не нужно, Эд. — Кристин села. Приступ дурноты еще не прошел, и по всему телу разлилось бессилие, но она отчаянно не хотела эту слабость показывать. — Эд, мне нужно сказать тебе кое-что очень важное.

— Да, детка?

— Эд, я беременна, — выдохнула Кристин.

Эйдриан смотрел на нее не мигая.

— Я жду ребенка от Джейка.

Эйдриан забыл, как дышать. И что нужно дышать. Мир, который два месяца назад, как теперь выяснилось, всего лишь дал трещину, теперь точно рушился. Складывался, как карточный домик, задетый неосторожным движением. С нестерпимым, оглушительным грохотом. А Эйдриан находился в центре этой катастрофы и чувствовал себя так, будто время уже умерло, а пространство погибает сейчас, и ничего с этим не поделать, да и пытаться не имеет смысла…

— Эд… Эйдриан! Что с тобой? — Кристин тормошила его за плечо.

— А? Позд-рравляю. — Слова вышли сухими и шершавыми, как смятая бумага.

— Я не знаю, как сказать об этом отцу, Эд. Ты поможешь мне?

Кристин не догадывалась об истинных причинах такой реакции Эйдриана. Но ей подумалось, что так же, в принципе, отреагировал бы любой отец, привыкший считать дочурку маленькой, на известие о ее беременности.

Эйдриан молчал. Он опустил глаза, устыдившись своей слабости и еще того, что показал ее Кристин.

— Да, разумеется, помогу, милая. А что Джейк? — выдавил из себя Эйдриан. От каждого слова нестерпимо кололо в груди.

— Он рад. Но беспокоится о том, на что мы будем жить и как нам вообще устроить все так, чтобы быть вместе. Ты же знаешь отца и Вивьен.

— Знаю. Я поговорю с ними, милая. — Наконец-то Эйдриану удалось взять себя в руки.

Кристин благодарно обняла старого друга. А Эйдриан вспоминал тот вечер, когда Лилиан, волнуясь, краснея, сверкая глазами, рассказала ему, что ждет от Джорджа ребенка. На ней тогда было кремовое платье и золотая цепочка с кулоном в форме трилистника, который она нервно теребила пальцами… Маленькая такая подвеска, очень изящная. С острыми краями…

Эйдриан очень хотел, чтобы Кристин не успела отстраниться прежде, чем высохнут слезы в его глазах.

— Джордж, кстати, Кристин перезвонила тебе? — спросила Вивьен будничным тоном, прекрасно зная, что муж и сам на пределе и подогревать его раздражение вовсе незачем.

Вивьен даже не оторвала взгляда от яркой страницы глянцевого журнала. Джордж сидел на диване напротив нее и внимательно изучал изгиб изящной голени жены. По крайней мере, так показалось бы постороннему. Вивьен же понимала, что мысли Джорджа где-то очень далеко. Впрочем, ее это устраивало.

— Нет. — Голос Джорджа больше походил на рычание. — Наверняка Эйдриан забыл ей передать. Заболтались. — Было очевидно, что он успокаивает, скорее, сам себя.

— Да, наверное, — промурлыкала Вивьен и бросила быстрый взгляд на мужа.

Брайан замер на верху лестницы, оценивая обстановку. Ему очень хотелось прошмыгнуть незаметно мимо отца и мачехи, но подобная надежда была бы победой очень наивного оптимизма над объективным восприятием реальности. Судя по всему, в гостиной ждали возвращения Кристин.

Что ж, ребята в клубе могут подождать. А сестренке, судя по выражению лица папы, пригодится поддержка, рассудил Брайан.

Он вернулся в свою комнату, оставив дверь приоткрытой, чтобы узнать, когда Кристин вернется.

— Дорогой, может быть, стоит снова напомнить Эду и Крис о нашем существовании? — Вивьен небрежно протянула мужу телефонную трубку. — Это некрасиво с ее стороны. Только приехала, но, вместо того чтобы пообщаться с семьей, исчезла на целый день.

— Давай.

Джордж торопливо набрал домашний номер Ломана, но спешка не оправдалась: в ответ раздавались лишь громкие долгие гудки. Он повторил операцию, только на этот раз набрал номер сотового телефона дочери. Абонент по-прежнему был недоступен.

В этот момент распахнулась входная дверь и на пороге возникли две фигуры: высокий, решительный, но будто скованный чем-то Эйдриан Ломан и хрупкая Кристин, осторожно держащаяся за его согнутую в локте руку и инстинктивно старающаяся спрятаться за его широкой спиной. Лицо бледное, и только на щеках лихорадочно горят два ярких пятна.

— О, чудесно, а мы как раз о вас вспоминали. — Вивьен улыбнулась.

Джордж встал и поздоровался с Эйдрианом за руку. Вряд ли он отметил, как холодны пальцы Эйдриана. Взгляд Джорджа, брошенный на дочь, смягчился: значит, Кристин и вправду весь день проторчала у старого друга семьи. Он чмокнул ее в лоб.

— Ну что, Кристи, Эд тебе милее нас всех? Едва приехала — сразу к нему…

— Что ты, пап. — Кристин постаралась придать бодрости своему голосу. — Ты же все равно весь день на работе, но теперь-то мы увиделись…