— И все-таки я никак не могу понять, — продолжала она, — почему ты был так уверен, что именно Сара сгорела в хижине во время пожара. Я хочу сказать, сразу в этом уверен, еще до того, как что-то прояснилось…

— Ты ведь сама ее разоблачила, — улыбнулся он.

— Я?

— Когда ты так хитро придумала псевдоним для чата — «Жорж Санд». Она все время писала не Жорж, а Джордж. Клаус никогда бы не сделал такой ошибки. Он хорошо знал классиков.

Теперь они шли, держась за руки. Птицы захлебывались в гуще деревьев.

— Здесь так хорошо, почему ты меня раньше сюда не приводил?

— Я водил тебя по другим прекрасным местам.

— Эта тропинка, по которой мы идем, это «тропа любви»?

— Возможно. — Он огляделся вокруг. — Я не совсем уверен…

— Ладно, пошли дальше, — засмеялась она.

— Здесь все так изменилось, — ответил он с искренним удивлением в голосе. — Проложены новые тропинки, устроены площадки… — Он осмотрелся по сторонам и понял, что находится совсем в другом лесу, в котором мог бы легко заблудиться, в лесу без привидений и воспоминаний. От этого Валманн почувствовал некоторое облегчение. Ему вдруг захотелось прислониться к ближайшей сосне и обнять ее, но потом он передумал и обнял Аниту. — А как насчет собачки? — прошептал он ей на ухо. — Разве это не здорово? Ходить каждый день на прогулку с маленькой собачкой?

— Ты трус, — прошептала она между поцелуями.

— Согласен. С этим можно повременить. — Видимо, с собачкой он несколько поторопился.

— Через четыре дня мне на работу, — сказала Анита. — Это значит, что у нас не так уж много времени…

И он вдруг понял, что она имеет в виду вовсе не покупку собачки.