Шрифт:
«Черт меня принес сюда!»
– Ричард Тимурович, – раздался бодрый голос Катерины, успевшей привести себя в порядок, – катафалк готов, сейчас мои люди вынесут гроб.
Внезапно раздался громкий чих. Яна и сама не ожидала, что сделает это, да еще так громко.
– Что это? – спросил Ричард.
– Там… это… комната…
– Там кто-нибудь есть?
Яна повернула ручку, и дверь открылась, она вела в соседний зал. Здесь не было того торжественного убранства, стоял патологоанатомический стол, в углу раковина и немного в стороне три гроба. Два из них с телами были уже полностью подготовлены к похоронам, третий был пуст. Яна узнала старого знакомого, именно в нем Катя приводила ее в чувство. Тут голос мужчины прозвучал очень близко.
– Катерина Львовна, я пройду сюда, мне надо освежить лицо.
Что ему в ответ лепетала Катя, Яна уже не слышала, так как в глазах у нее потемнело, а в ушах заложило. Она с ужасом смотрела на голые кафельные стены и полы, отмечая отсутствие шкафов, ширм, ящиков, куда можно было бы укрыться. Как Яна очутилась в гробу, она и сама не поняла.
«Как лечь? Набок? Закрыть лицо руками? Нет, наверное, это будет выглядеть неестественно». – И в последний момент она перевернулась на живот.
По звуку шагов Яна поняла, что они уже в зале. Ричард подошел к раковине, зажурчала вода. Потом он скользнул взглядом по помещению и обратился к Катерине.
– Эти люди…
– Да! Да! Их хоронят после вашей супруги.
Сквозь распущенные волосы Яна заметила, как его взгляд остановился на ней, прошелся по ее одежде в пыли, такой же, какая была на директрисе бюро, черные брови его поползли вверх.
– «Да! Неплохо он о нас подумает», – мелькнуло в голове у Яны.
– Тяжелая у вас работа, – издалека начал он. – Говорят, среди работников морга много маньяков…
– О! У нас таких нет, – с блаженной улыбкой ответила Катя.
– Да? – с большим сомнением переспросил Ричард и приблизился к Яне.
– Эта девушка… она еще не готова? Я видел много погибших людей на войне, так что, может, вам помочь ее перевернуть?
– Нет! Нет! Здесь тяжелый случай, собака откусила ей пол-лица, и родственники попросили похоронить ее именно так.
Ричард еще раз посмотрел на лежащую вниз лицом Яну, пожал плечами и пошел на выход, Катерина засеменила за ним. Яна лежала и думала, жива она или мертва, когда вошел санитар помыть руки, а потом присел отдохнуть.
Прошла вечность, прежде чем вернулась Катя, она сразу схватила Яну за руку и поволокла на выход.
– Ну ты, мать, даешь! Я чуть не родила, когда тебя в гробу увидела.
Санитар громко икнул, Катька бросила ему на ходу:
– Это моя знакомая, тяжелый случай, пришлось примерять гроб.
Уже в коридоре Яна, озираясь, спросила:
– Он уехал? Я могу идти?
– Ну, как он тебе?
– Никак.
– Врешь, у него недвижимость за границей, а ездит он на «Mерседесе»… а человек какой… на прощанье мне руку поцеловал.
– Да, человек хороший, а главное – очень любит свою жену.
– Свою бывшую жену! – подчеркнула Катя. – В общем, вот тебе его визитка, действуй и не забывай, что на кладбище с ним поехало несколько цыпочек в кружевных черных платочках, которые ну очень скорбят вместе с ним.
– Катя… я…
– Иди и не дури мне голову, у меня еще двое похорон.
И Катерина, сунув в руку Яны визитку, вытолкнула ее на улицу.
Глава 5
После этого случая Яна долго не могла прийти в себя и избавиться от неприятного чувства, будто она подглядывала в замочную скважину. Еще больше ее раздражало то, что она не могла забыть Ричарда. Закинутая в дальний угол стола визитка притягивала как магнит. Через месяц Яна не выдержала и… дрожащей рукой достав визитку, словно это было что-то живое, прочла: Алисов Ричард Тимурович, несколько рабочих телефонов, сотовый и домашний номера. Уже через полчаса Яна звонила из магазина Лидии своей подруге Асе на работу. Через минуту Ася вошла по компьютерной сети в программу, выдающую полный адрес по домашнему телефону и продиктовала его Яне. Снова целый месяц визитка плюс теперь еще и адрес лежали в столе.
– С этим наваждением пора кончать! – решила Яна. – И я, кажется, знаю как.
Следующим вечером Яна сидела у Аси на диване в гостиной, глаза ее лихорадочно блестели.
– Ася, помнишь, в детстве мы всегда издевались над ребятами, устраивали им всякие проверки, испытания?
– Ты, что, впала в детство?
– Нет, но есть один тип, который должен проявить свое плохое нутро. Он обязан это сделать, чтобы я смогла дальше жить спокойно.
– Почему ты уверена, что у него плохое нутро?
– Потому что у мужчин другого не бывает, а вообще я не уверена, я просто надеюсь на это.
– И тебе станет легче?
– Да.
– Хорошо, что я должна делать? Ой, чувствую, втянешь ты меня в историю.
На следующей неделе Яна, закутавшись в платок, поехала по домашнему адресу Ричарда. Это оказался двухэтажный кирпичный особняк в Юго-Западном округе Москвы, обнесенный кованой оградой. Яна тихо присвистнула. Последующие дни она провела в засаде, засекая время, в которое из ворот выезжал черный «Mер-седес». Сердце при этом противно колотилось. Скоро она знала, когда и по какому шоссе Ричард уезжал из дома. После ей предстояло самое трудное – сдать на права. Яна записалась на курсы вождения автомобиля.