В элитарном спортивном клубе «Олимпик» Ахмед Улдузов проигрывал четвертый подряд сет своей массажистке. Молодая женщина играла легко и непринужденно, и, несмотря на все старания Улдузова, счет увеличивался не в его пользу. Но генерал был рад, наконец-то Нарва согласилась поехать с ним в «Олимпик», теперь недалеко и до постели, так размышлял он. Вдруг Улдузов ощутил на себе чей-то тяжелый взгляд и обернулся. За его спиной стоял Николай Ванин, опершись на ограждение корта. Вид начальника охраны ничего хорошего не обещал. Улдузов глазами показал Николаю, чтобы тот ждал его в раздевалке.

Быстро проиграв очередной сет, престарелый азербайджанец поднял руки в знак капитуляции. Девушка направилась в сторону душевых. Ахмед поспешил к раздевалке, где его ждал Ванин.

При виде подходящего шефа сидевший до этого чукча вскочил. Улдузов чувствовал, что Николай явился с какой-то нехорошей новостью.

— Коля, что случилось?

— По-моему, неприятности, — тихо проговорил Николай.

— Какие неприятности? У кого?

— Пропал Кан Ли и этот татарин — ревизор Ренат Тафулин, — промямлил чукча.

— Что? — У генерала округлились глаза. — Как пропали? Ванин, вы отдаете отчет своим словам, черт бы вас подрал.

— Вполне. Пять дней назад они были у майора Тихонова, это последнее сообщение от моего человека. Эфир на его волне молчит. Но это еще не все…

— Еще что-нибудь стряслось? — растерянно пробормотал Улдузов. Он ощутил себя беспомощным стариком, как когда-то в Баку, когда узнал, что госбезопасности известна его связь с торговцами наркотиками. Тогда ему удалось выкрутиться, а сейчас?

— И еще, — продолжал начальник охраны, и голос его окреп. — Сегодня получено сообщение с «Дозора». Уже два дня отсутствует связь с «Центурионом», а сегодня утром не вышел на связь еще и «Беби»…

— Может, технические неполадки?

— Возможно, и техническая неисправность, — проговорил Ванин. — Но я привык предполагать худшее.

— Что вы намерены предпринять? — спросил овладевший собой Улдузов.

— Я? — Начальник охраны усмехнулся. — Мы, — проговорил он, — в том случае, если произошло что-то серьезное. Исчезновение управляющего вместе с московским эмиссаром и караваном опиума-сырца на кругленькую сумму, да еще неизвестно, что с лабораторией и прииском… В общем, ситуация неприятная. Не думаю, что Логинов будет выяснять нашу с вами степень вины. Закон один для всех, а наши законы вам известны, генерал.

Да, генерал-майор Ахмед Улдузов «закон» Логинова знал. Когда-то один из подчиненных Логинова просил своего шефа, чтобы тот освободил его от дел. Александр Васильевич тогда сказал: «У нас одна причина отставки — смерть». Через неделю газеты сообщили об изуродованном трупе в карьере за городом. Улдузов снова содрогнулся, как в тот раз, когда прочитал об этом убийстве. И подумал: «Нужно действовать, чтобы выжить». Он посмотрел на начальника охраны, тот ждал его решения.

— Вы уже что-то предприняли, Ванин? — спросил Ахмед.

— Да, генерал. Во время сеанса связи с «Дозором» я приказал приготовить вертолет и ждать нашего прибытия. Потом позвонил Павлу и велел готовить самолет. Он ждет в аэропорту.

— Хорошо, — бодро проговорил Улдузов. — Идите к машине, Ванин.

Через несколько минут он вышел из клуба в спортивном костюме темно-синего цвета с яркими вставками на груди и спине. Вслед за ним показались два белокурых гиганта — телохранители Ахмеда Улдузова, бывшие члены сборной Союза По биатлону Константин Котов и Тимофей Бузин. Несмотря на жару, оба великана были в костюмах, Котов нес большой чемодан.

Тяжело ввалившись в салон, Улдузов занял место рядом с Николаем Ваниным, телохранители сели на откидные сиденья в середине салона спиной к водителю, поставив перед собой этот ужасных размеров чемодан. Как только дверца закрылась, Ванин тихо скомандовал:

— В аэропорт.

Машина покатила под уклон, затем, взревев мотором, помчалась по широкой улице.

В аэропорту их ждал Павел Доронин, бывший военный летчик. Когда-то он воевал в Анголе. После увольнения некоторое время работал в сельхоз авиации в Нечерноземье. Потом его взял к себе Логинов. Павел работал на Логинова, на наркобизнес. Но какое ему дело до этого. Ему хорошо платили, он возил начальство на базу «Дозор» и только слышал о наркотиках. А вот вертолетчики напрямую имели дело с ними… Впрочем, у каждого своя работа.

Павел Доронин сидел в ожидании своих пассажиров на плоскости крыла небольшого двухмоторного пассажирского самолета «Сесна», закупленного в Японии для деревообрабатывающей фабрики Улдузова. Самолет был выкрашен в ярко-желтый цвет, и на его боках черной краской было выведено «TAXI». Когда Павла спрашивали, зачем он это сделал, тот отвечал, что в Челябинске у него брат-таксист и что он, Павел Доронин, ничем от него не отличается. С тех пор во Владивостокском аэропорту его называли не иначе как «таксист».