— Твои дети напуганы до смерти. Вот что.

Майкл свирепо уставился на него.

— Что же случилось с ними?

— Ничего не случилось. Но они места себе не находят.

— Так в чем дело?

— Ты оставил детей одних, ушел Бог знает когда, и они понятия не имели, где ты. Вот в этом все и дело.

— Слушай, я же не исчез. Я сказал Марго, что у меня есть кое-какие важные дела, и отсутствовал всего около двух часов, так что не надо преувеличивать. Я частенько работаю по твоей же милости и до более позднего часа. Марго знает все, что нужно делать. Ну, что за переполох?

— Она испугалась, Майкл.

— Чего она испугалась?

— Ты слышишь, Бренда? — обратился брат к жене. — Он еще спрашивает! Девочка не знала, где ты.

В дверях появилась Марго с заплаканным лицом, губы у нее дрожали. Она явно избегала взгляда отца.

— Марго, — обратился к ней Майкл, — что случилось? Где Брайан и Фэй?

Марго не ответила, а бросилась в объятия тетки.

— Мне кажется, она не хочет говорить с тобой, — сказала та.

— С чего бы это? Я хочу поговорить с ней, хочу знать, почему вдруг такая паника.

Марго зарыдала, уткнувшись в плечо Бренды. Она плакала нарочито громко, и чувствовалось, что за этим не скрывались глубокие переживания. Майклу неожиданно пришло в голову, что дочь расстраивалась не из-за того, что не знала, где он, а затеяла все это именно потому, что была в курсе дела. Брайан, вероятно, сказал ей о звонке Линды.

Майкл подошел к двери и крикнул на весь дом:

— Брайан! Иди-ка сюда!

И тут же услышал торопливые шаги в комнате наверху. С быстротой молнии мальчик спустился вниз, прыгая через две ступеньки. Он предстал перед отцом в невероятной пижаме в цветочек, и вид у него был совершенно нормальный, никаких следов переживаний за пропавшего отца. Видать, спокойно собирался спать.

— Слушай, дружок, — сказал Майкл, — не объяснишь ли ты мне, что это тут за ночной сбор? Я никак не могу понять.

— Ну, я не знаю… — Он посмотрел на сестру и тетку. — Может, это из-за погоды?

Майкл обалдел, заметив его взгляд. Неужели парень заодно с сестрой? Конечно, Брайан очень любит и уважает Марго, но, скорее всего, он не замешан в этой игре. Просто упомянул о звонке, не ожидая подобных сцен, а теперь не хочет признаться, чтобы не подвести сестру.

— Так при чем тут погода? На улице идет обычный дождь. Не ураган, не землетрясение. Дождь. Или такого не было в Дорчестере?

— Ну, папаша, вроде ты и прав…

Майкл слегка толкнул его пальцем в грудь.

— Ты не пытайся провести меня, сынок. Я этого не люблю. Здесь возникли какие-то проблемы, пока меня не было? Или нет? Пока ты обдумываешь ответ, припомни, сколько тебе осталось до получения водительских прав.

— Это нечестно…

— Честно. Для меня важно знать. Отвечай.

Брайан стоял и соображал. Его мыслительный процесс отразился на его лице. Преданность — это одно, а права — другое.

— Понимаешь… Марго не знала, где ты. Ну я и решил, что надо позвонить Линде, — ну раз ты с ней сегодня куда-то собирался. А я тебе разве не говорил, что она тебе звонила?

— Нет, не говорил.

— Нет? — переспросил Брайан, поразившись этому весьма искренне. — Пап, прости. Я, кажется, забыл. И забыл, что забыл.

Майкл сокрушенно покачал головой.

— Так почему же ты не сделал этого?

— Чего? — спросил Брайан.

Все эти расспросы были ему не по душе. Что он мог сказать в оправдание своей забывчивости? Но Брайан не собирался увиливать от ответа. Если уж не выложить всю правду, то по крайней мере придумать что-нибудь приемлемое. Майкл не мог не подивиться его отчаянной храбрости. Парень был просто между молотом и наковальней.

— Почему ты не позвонил Линде, если все искали меня?

— А, так ты был там? — воскликнул Брайан.

— Где же еще я мог быть, если ты забыл предупредить меня о звонке Линды? Черт знает что!

— Да я думал, мы Линде позвонили, то есть я считал, что Марго ей позвонила. Она по крайней мере собиралась, а потом, наверное, решила, что лучше позвонить дяде Пэтрику.

— Ага, значит, Марго хотела выяснить, где я.

Это был не вопрос, а прием. Майкл научился этому у своего отца, который подобным образом добивался нужной информации у скрытного сына. На Брайана это подействовало так же, как тогда на Майкла: он впал в полное замешательство. Если это вопрос, значит, старик ничего не знает, а если утверждение — ему все известно. Так как же себя теперь вести? Мальчик снова взглянул на сестру.