Наконец оба адвоката выдохлись.

— Если у меня возникнут еще вопросы, я с вами свяжусь, — сказала Дженнифер и, невзирая на явное нежелание Берджа, взяла номер его телефона в Биг Бэре. Уходя, он простился с ней лишь сухим кивком.

— Я обеспокоена, — призналась Дженнифер, присоединяясь к Ричарду на диване. — Может быть, я действительно слишком близка к тебе, чтобы быть объективной. Надо было сразу отказаться от этого дела, как только я узнала, что ты — свидетель!

— Почему же ты не отказалась?

— По дурости, — сказала Дженнифер, затем добавила: — И по тщеславию, зная, как важно для фирмы выиграть это дело. Я уже вложила в него много сил. Мне действительно важно, что случится с Монти Алабамой.

— Чего ты, собственно, добиваешься? — спросил Ричард. — Чтобы тебя любили? Хочешь завоевать безупречную репутацию или заработать много денег, или что?..

Она поколебалась.

— Хочу добиться успеха в юриспруденции и чтобы меня при этом уважали. Чтобы меня повысили и я могла бы чаще работать с наиболее интересными делами. Меня мутит от мысли быть подчиненной Кетча Блейкли.

— Можно ведь перейти в другую фирму, не так ли?

Ричард откинулся назад, задумчиво глядя на нее.

— Это не просто, — ответила Дженнифер. — Не всегда есть вакансии, и к тому же руководство любой мало-мальски уважающей себя фирмы не очень любит адвокатов, слишком часто меняющих место работы. Ввести нового юриста в дело нелегко. Требуется немало времени. А я вложила часть своей души в дело Алабамы, мне нравится работать с мастером Бойтано. Нет, я не хочу уходить.

— Ну, я только пытаюсь помочь... — Ричард коснулся ее щеки указательным пальцем, и у нее по спине пробежали мурашки.

— Знаю, — согласилась она. — Мистер Би говорил... — осеклась и нахмурилась, поглядев за окно. — Эй, что это? Туман?

Ричард обернулся, чтобы посмотреть.

— О Боже, это не туман! Это снег... снежный буран!

Несколькими минутами позже он достал откуда-то старенький приемник и включил его в сеть. Комментатор подтвердил то, о чем они уже догадались: на Биг Бэр обрушился неожиданно сильнейший буран.

Все дороги вниз оказались перекрыты. И никто не мог предсказать, долго ли продлится непогода.

— Думаю, нам следует отправиться пообедать, пока еще можно выйти, — пробормотал Ричард.

Взгляд на часы подсказал Дженнифер, что уже шесть вечера. Неудивительно, что она была голодна. Завтра, возможно, придется питаться одними консервами. Пожалуй, действительно лучше выйти сейчас, пока дороги хоть сколько-нибудь проходимы.

Новая мысль вдруг пронзила ее сознание.

— Я ведь должна вернуться на работу в понедельник!

— Это сомнительно, — сказал Ричард. — Но вся ответственность на мне.

— Ну я и влипла!.. — Ее хорошее настроение улетучилось. Слава Богу, в понедельник ей не надо было являться в суд, но все равно... Жителям Лос-Анджелеса, где сейчас можно загорать на пляже, трудно представить себе, что можно застрять в снегу всего в двух часах езды от города.

— Стоит ли беспокоиться о том, что вне твоей власти? — Ричард надел пальто и бросил ей уже просохшую куртку. — Веселее, Дженнифер!

О том, чтобы переодеться в платье, не могло быть и речи. Дженнифер вышла вместе с Ричардом в ранние зимние сумерки и держала фонарик, пока он надевал на колеса цепи против скольжения.

Они медленно двинулись к курортному городку, ничего не видя впереди дальше нескольких футов.

— Мы, должно быть, сошли с ума, — усмехнулась она.

— Иногда полезно потерять голову хоть на какое-то время! — Ричард направил на ветровое стекло струю теплого воздуха от отопителя.

Метель пела и завывала. Вокруг было белым-бело — снизу, сверху, со всех сторон — и только иногда сквозь белизну проглядывали зловещие пятна свинцово-серого неба.

Дженнифер казалось, что они с Ричардом оказались вдвоем на какой-то другой планете. Отопитель тихо жужжал, наполняя машину теплом. Ни спереди, ни сзади не было видно ни зги, и они ехали ниоткуда в никуда.

Она была почти разочарована, когда они вырулили на стоянку возле веселенького немецкого ресторанчика с ярко освещенными окнами. Метель уже превратила многие машины в сугробы.

Волна тепла ударила в лицо, когда Ричард открыл дверь заведения и они проскользнули внутрь. Внутри было полно веселых румяных лыжников — эти студенты казались совсем еще школьниками! — а в воздухе стоял аппетитный запах жареной капусты.

Дженнифер обнаружила, что венский шницель с капустой плюс кружка баварского пива — это невероятно вкусно. И удовольствие еще усиливалось от близости Ричарда. Он настоял, чтобы они сели рядом, а не друг против друга, и теперь ей было очень приятно ощущать бедром прикосновение его мускулистой ноги.