– Сергея больше нет, - произнесла наконец она.
– Его убили на границе с Китаем. Вот, видишь, какое горе...

– Маша, успокойся, - попросил Тим.
– Я немедленно приеду.

– Не надо, - сказала она безжизненным голосом. И повторила, прежде чем повесить трубку.
– Не надо.

Тим отодвинул от себя телефон, взглянул на Глорию.

– О, Господи!
– только и произнес он.
– Что творится в России? Когда же это закончится? Наступит ли когда-нибудь предел?

И в это время кто-то осторожно, словно проверяя - дома ли хозяева, постучал в дверь квартиры.

Глава четырнадцатая

ОТВЕТНЫЙ ХОД КВАЗИМОДО

Глория вздрогнула, встревоженно посмотрев на Тима. Он встал, вышел в коридор и приблизился к двери так, чтобы находиться сбоку от нее. Постучали еще раз, сильнее. Тим нагнулся, взял в руки гантель - ту самую, которой когда-то Глория чуть не "угостила" его голову.

– Кто?
– спросил он, ожидая чего угодно, даже автоматной очереди.

– Я, - ответил чей-то хриплый голос.
– Открой.

С трудом Тероян узнал говорившего. Он щелкнул замком. На пороге стоял Олег Карпатов, осунувшийся, небритый, в мятой рубашке. Он молча прошел мимо Тима на кухню. Сел, вернее, как-то рухнул на стул.

– Где у тебя водка?
– хмуро спросил он.

– Ладно, Олег, будет, - Тим стоял рядом, не зная, что говорить в таких случаях. И зачем?
– Я звонил Маше... Подумай о ней. Хороший же у тебя вид, нечего сказать.

– Она захотела остаться одна, - хмуро отозвался Карпатов.
– Словно Сергей не был для меня почти родным сыном. Он же с самого детства на моих глазах. А я пошел и напился с какими-то забулдыгами у пивного ларька.

– То-то бы они обрадовались, если бы узнали, что пьют с полковником МУРа.

– А-а, мур-мура все это, - махнул рукой Олег.
– Тошно мне смотреть на все, что происходит. Так ты дашь водки или нет? Я специально к тебе шел. А не дашь, так поеду к Шелешеву. Буду пить с мафиозными структурами.

– Нет, не даст, - вышла на кухню Глория.
– Уж вам-то, Олег, это никак не к лицу. Ну что вы раскисли?
– она положила обе ладони на плечи полковника, и он вскинул голову, посмотрел в ее глаза.

– А, привет, красавица!
– произнес он.
– У тебя нет детей, ты не знаешь, как больно.

– Не знаю, - согласилась Глория.
– Но вы же мужчина. Вы воин, а не кусок пластилина.

– Воин, - кивнул головой Карпатов. И повторил: - Воин. Идет война, а на войне пьют. Кровь. И водку.

– Прекратите. Соберитесь с силами, - Глория мягко отобрала у него пустой стакан, который тот выудил из кармана брюк.
– А как же Коленька и Алеша, двое других ваших сыновей? И еще сколько дел вам предстоит, сколько борьбы, если вы настоящий воин! Вы должны держать в руках меч, а не стакан.

Карпатов встрепенулся, кивнул Терояну.

– А у тебя умная девушка, - прищурился он.
– Женитесь, разлюбезные мои. Благословляю. А я пошел воевать дальше.

– Куда ты теперь?
– спросил Тим, удерживая его.

– Как куда? На работу, - Карпатов поднялся.
– Не бойся, не в шалман. Я уже оттаял.

– Тогда, Олег, послушай меня, - Тероян ушел в комнату и вернулся с записной книжкой. Но прежде чем раскрыть ее, он рассказал Карпатову о том, что произошло на кладбище и на постоялом дворе. И о том, какие услуги оказывал Серый - Хашиги и его гостям. По мере рассказа глаза Олега все больше прояснялись, а лицо твердело. Наконец, он не выдержал и попросту плюнул в свой пустой стакан.

– Извините, - с отвращением произнес он.
– Какая все это мерзость. Но вам не следовало лезть под пули, это моя работа. Я же тебе приказал сидеть дома?

– За тебя ее отчасти сделал Влад.

– Эх, если бы зацепить через Серого - Мавра, да и самого Хашиги! Но где его сейчас сыскать... А что с записной книжкой?

– У меня есть предположение, что Серый поставлял не только девушек, но и детей - для Квазимодо.

– Давай, Ватсон, рассказывай.

Тероян раскрыл перед ним записную книжку на одной из страниц.

– Предположим следующее. Серый не похищал детей просто так с улицы: он выслеживал их, наводил справки. Ведь заказчику нужны были лишь здоровые, полноценные дети, живущие в счастливых семьях. Об этом мы говорили в прошлый раз. Сам Квазимодо страдает каким-то физическим недостатком. Допустим, что эта книжка - архив Серого, куда занесены похищенные дети, и те, которые только намечались. Вот красным карандашом подчеркнуто: "Мин. 7. 22." Всего, кстати, таких строчек сорок две. Что это может означать? Наверное, адрес. "Мин." - Минская, Минусинская, какие еще улицы в Москве начинаются с этих букв? Дом 7, квартира 22. Дальше идет: "Н. 8.3д. Р. 35. У. В. 3. Ш. 200 б. 4 an." Я думаю, что первая буква - имя ребенка: Наташа или Николай, следующая цифра - возраст. "Зд." - означает "здоров", "Р." родители есть. Ведь Квазимодо наносил удар не только детям, но и родителям. Что означают следующие буквы, я не знаю. Но "200 б." - это, очевидно, требуемая плата - двести баксов.